— Нет, — чуть погодя сказал он. — Я считаю тебя слишком красивой для этого, хоть это и может обречь меня на вечные муки. К тому же, ты ведь не боишься разгневанной толпы, не так ли?
— Нет.
— И что ты сделаешь? — с любопытством спросил он. — Я, конечно, никому ничего не скажу, но не могу не задуматься о том, что случилось бы. Ты бы стала от них отбиваться? Швырять в них огнём?
— Я бы просто удалилась. Нет никакой нужды никому вредить. Я могу защищаться от большинства атак, — настойчиво сказала она. — Почему мужчины всегда в первую очередь думают о насилии?
— А что твои спутники?
Это заставило Мойру немного посмеяться:
— Я бы окоротила их. Чтобы защитить твой народ… конечно же.
— Они — тоже волшебники?
— Нет, — сказала она, махая ладонями. — Который помоложе — сын Дориана Торнбера, а который постарше — просто ворчливый старик, хотя он и сражался во многих битвах. Он, наверное, убил больше народу, чем любые десять знакомых тебе людей… вместе взятых.
— То, что эти двое — твои единственные спутники, приводит меня к выводу о том, что искать своего отца ты планировала отнюдь не путём дипломатических просьб, — прокомментировал Джеролд. — Ты можешь найти больше помощи, чем ожидаешь, если заручишься поддержкой Короля.
Мойра сжала губы:
— Я не думаю, что ваш король благосклонно отнесётся к обвинению одного из его вассалов в похищении моего отца. К тому же, я думала, что ваш народ не доверяет волшебникам.
— Волшебникам — да, — согласился Барон, — но посол из Лосайона — другое дело. Позволь мне представить тебя Королю. Приветствуй его открыто, а затем скажи ему о своей нужде в разговоре наедине. Он — мудрый человек, и справедливый. Он оценит твою осмотрительность, и, учитывая странное поведения Графа Бэрлэйгена в последнее время, я не сомневаюсь, что он будет открыт к оказанию тебе помощи в поисках истины.
— Я на самом деле не являюсь послом, — проинформировала его Мойра. — Я пришла сюда сама по себе.
— Разве ты не родственница Королевы Ариадны?
— Да, она — моя двоюродная тётка, — ответила Мойра. «Племянница моей прабабки», — мысленно заметила она, — «хотя мы на самом деле не являемся кровными родственниками».
— Этого достаточно, — сказал Джеролд. — Представься как неформальная представительница. Король Дарогэн — умный человек. Он поймёт, что тобой двигало. Маленькие политические вымыслы весьма удобны.
— Ты, похоже, очень веришь в своего короля. Вы близки? — спросила она.
Барон слегка выпрямился:
— Да, и я искренне желаю помочь тебе.
Она могла прочитать искренность как в его позе, так и в его эйсаре.
— Если он решит отказать в помощи, это сильно сократит доступные мне варианты.
— Варианты? — поднял Джеролд бровь. — Ты имеешь ввиду вломиться в его дом, или взять штурмом его наследное имение? Это ведь представители моего пола, а не твоего, всё время первым делом думают о насилии?
— Полагаю, я смогу осуществить нечто более тонкое. Мои намерения мирные, но заблуждайся — я использую силу, если это будет необходимо для освобождения моего отца, — сказала Мойра, пытаясь добавить стали в свои слова.
Джеролд опустил взгляд, изучая свои ухоженные ногти:
— Ты не кажешься женщиной, склонной к подобным действиям.
— Я ею и не являюсь, — признала она, — но я видела кровь. Я не буду чураться её, если смогу спасти отца.
— Итак, что же ты будешь делать дальше?
— Я послушалась бы твоего совета, но я не взяла с собой наряда, подходящего для встречи с королём, — сказала Мойра, глядя на него с вызовом.
Джеролд улыбнулся, беря её за руку:
— В таком случае, нам придётся это исправить.
— Мне это не нравится, — уже наверное в четвёртый раз сказал Грэм.
Мойра сочувственно похлопала его по плечу:
— Очень жаль.
— Я не доверяю этому скользкому барончику, — добавил он, подчёркивая своё мнение.
— Ты очень мудр.
— Перестань относиться ко мне так снисходительно, — пожаловался он.
— Тогда перестань ныть, — парировала она. — Мы уже несколько раз это обсуждали.
— Я не понимаю, почему мы ждём здесь. Тебе следует иметь сопровождение.
— Барон Ингэрхолд будет моим сопровождением. У вас нет никакой одежды, подходящей для таких случаев, — терпеливо объяснила она… в очередной раз.
— У тебя тоже не было, — проворчал Грэм.
— У Джеролда не было никакой одежды, которая была бы вам впору, — отозвалась она.
— Однако же платье тебе в пору у него было — тебе это не показалось немного странным? Что это за человек, у которого дома полно женских платьев?
— Это было платье его сестры, и гораздо проще убрать немного ткани, чем попытаться создать ткань там, где её нет. Ты вдвое крупнее всех мужчин, каких мы пока что видели. Его портному нужно быть магом, чтобы заставить одну из баронских рубашек на тебя налезть, — тихо посмеялась Мойра.
— Как твой рыцарь, я могу носить броню, тогда не будет иметь значение, во что я одет, — предложил Грэм.
Она хмуро глянула на него:
