Он улыбнулся, а я замерла в каком-то странном, до обмирания, благоговении. Неожиданно я ощутила, что к моему плечу что-то легко прикоснулось. Выпрямившись, я увидела, что Кинжал уже стоит возле меня. Крыльев видно не было.
— Ааа … где? — Все еще со сбившимся дыханием, с возбужденно трепещущим сердцем, спросила я и он повернулся ко мне спиной вместо ответа. Теперь татуировка занимала всю его спину: огромные крылья, каждое перышко как настоящее, простирались от плеч до ягодиц. Над ними, на шее, ярко блистала корона, а по пояснице шла вязь явно каких-то букв, но как я ни силилась, прочесть так и не смогла. Зачем-то я коснулась их и сказала:
— Тут ведь что-то написано, да? Не могу понять что.
— Жаль, — с сожалением сказал Кинжал, — это мое истинное имя. Я надеялся ты мне его скажешь. Что ж, дело сделано. Можно теперь идти за сокровищами и приступать к восстановлению своих прав в мире, ну и земель заодно. Представляю, как удивятся другие правители, но все прошло как и должно. У нас получилось! Если бы что-то было сделано не так — я бы не прошел преображение. Я так тебе благодарен, Мари! Ты моя судьба.
Он вдруг обхватил мое лицо теплыми ладонями и неожиданно поцеловал меня. Я зажмурилась. Нет, я не хочу, чтобы он был принесен в жертву! Тем более этим поганцам, Темным Богам. Я неуверенно коснулась ладонями его волос, короны там не было. Оторвавшись от этих сладостных губ, я глянула Кинжалу за плечо — корона лежала на троне. Он улыбнулся и заглянул мне в глаза.
— Идем? Сегодня утром я рассмотрел карту. Кстати, твоя половина отлично пригодилась, без нее мы не нашли бы этот храм. Я изучил дорогу к нему: нужно пройти через Долину покоя, где издревле хоронят своих мертвецов северяне, затем свернуть на северо-запад.
От этих слов мое сердце болезненно бухнуло. Что мне делать? Он так рвется к своей смерти. А я никак не могу сказать ему об этом. Не представляю, что будет, если я расскажу все как есть. Впрочем, есть еще один вариант: темные строго-настрого запретили мне прыгать в объятия королю, пока место его души не займет этот их верховный бог. Так что выход есть.
Я обняла Кинжала, положив ладони ему на спину, огладила ее сверху вниз и совершенно бесцеремонно залезла в штаны, крепкие мускулистые ягодицы дрогнули под моими руками.
— Ого! Ты что делаешь? — Спросил он и попытался отступить, но я подтянула его к себе и с отчаянием смертника впилась в него таким поцелуем, что у меня перехватило дыхание. Он не удержался и навалился на меня всем весом, я качнулась и уперлась поясницей в алтарь. Отлично, вот это очень кстати! Я быстро скинула с себя одежду и ловко взобралась на алтарь. Затем принялась ласкать и целовать свежевенчанного короля везде, куда только могла дотянуться. Какое счастье, что он все еще без рубашки. Вся вот эта красота, весь этот будто отлитый из металла мужчина сейчас был моим!
— Послушай …, — начал он неуверенно, но я уже потянула его на себя, опускаясь все ниже, укладываясь на холодную поверхность, — эй, это же алтарь! Так нельзя! Это …
Но закончить он не смог, потому что уже всем телом навалился на меня, обжигая мое лицо, губы, шею, грудь своим дыханием. Я устроилась поудобнее, развела колени и шепнула:
— Войди в меня, мой король!
И он вошел.
ГЛАВА 20.
Это было невыразимо сладостно. Мне казалось, что нет подо мной холодного твердого алтаря, а мы оба где-то парим и сам воздух, касаясь наших тел, только усиливает наслаждение. В какой-то момент изнутри меня поднялась невыносимо жгучая, на пике, на пределе с болью, волна удовольствия, я закричала, не слыша себя, и над нами распахнулись огромные белоснежные крылья. Я чувствовала как мое тело дрожит, пульсирует остатками необыкновенного наслаждения и куда-то уплывает. Кинжал вскрикнул и застонал, дернувшись в последний раз. Крылья сомкнулись над нами куполом. Затем он устало вздохнул, опустил лицо мне на грудь и неожиданно замер.
— Эй! — Я потеребила его. — Ты в порядке?
До чего он холодный! Странно. Только не говорите, что я умудрилась залюбить короля до смерти! Это было бы дико несправедливо по отношению к нему. Однако услышав злой, ядовитый шепот где-то совсем рядом, я поняла что именно произошло.
— Морайя! Ты нарушила наш приказ! — Прошелестели злобные колкие слова. — Ты не должна была отдаваться королю, твоим мужчиной должен был стать сам Маргаа́т! Ты должна была зачать от Верховного Темного Бога!
Я вдруг остро почувствовала, что если бы не крылья, эта мерзкая тень растерзала бы меня. Кинжал защищал меня! И это несмотря на то, что он сейчас был неподвижен, будто неживой.
— Дай мне достать тебя, проклятая девчонка! — Бесился где-то рядом темный. — Дай мне испить твоей крови, сожрать твою душу!
— Да пошел ты, — вежливо ответила я ему, — катись давай, тебя тут никто не любит. И в храм этот ваш мы не пойдем. Давайте уже дальше как-нибудь сами.
— Еще как пойдете! — Неистово шипел темный. Я услышала как с глухим бряканьем покатился по полу кубок. — Ты поименованная нами, наша жрица, ты не устоишь перед зовом и придешь. И тогда мы заберем оба ваших тела — твое и короля!
