Я вздрогнула.
— Мы пожрем ваши души и займем ваши тела, мы будем править миром вместо вас! И ты придешь! Придешь! Но не думай, что теперь ты все еще обладаешь нашей силой — я лишаю тебя ее! Отныне ты не жрица, а жертва! И ты придешь, потому что не сможешь устоять перед нами. Иди сюда, жертва!
Он не может добраться до меня, догадалась я. Эти крылья — какая-то магия. Или сам Кинжал не человек. Что, в общем-то, одно другому не мешает.
— Вали давай отсюда! — Велела я темному. — А то вот я сейчас как разбужу короля и тебе не поздоровится.
Темный захохотал — неистово и неприятно. Тут я почувствовала, что тело Кинжала будто наливается льдом, я моментально замерзла.
— Я мог бы убить вас обоих! — Прошипел темный. — Но, к сожалению, мне для этого нужно больше сил. Сегодня на закате вы вступите в Северный храм, самый темный храм в этом мире, и ваши жалкие никчемные жизни прекратятся. Я буду поедать твою душу медленно, Морайя, чтобы ты ощущала эту боль бесконечно долго. А Маргаат в это время будет пожирать душу твоего возлюбленного. Вы будете видеть это и страдать еще больше!
— От всей пока еще не съеденной души желаю подавиться! — Язвительно пожелала я ему. Что-то глухо грохнуло о пол, зазвякало, темный зашипел еще громче, затем затих. Я почувствовала, как Кинжал в моих объятиях теплеет. Потом он вздохнул и поднял голову.
— Что случилось? — Спросил он. — Я заснул? Извини если так. Наверное, устал.
— Все хорошо, милый, — я нежно улыбнулась ему. Кинжал сложил крылья и они словно растаяли в его спине. — Знаешь, нам все-таки нужно поговорить.
Он встал и огляделся — трон был перевернут, корона валялась на полу. Кинжал нахмурился.
— Это еще что такое? Что здесь произошло? — Повернулся он в мою сторону. Ну вот, начинается. Я коротко вздохнула и попыталась надеть платье, но оно уже буквально расползалось в моих руках. — Да брось ты его, сейчас другое найдем. Скажи мне что тут произошло, — настаивал Кинжал.
— Что-что, — уныло ответила я, — темный приходил опять. Был очень недоволен, как ты видишь.
Кинжал внимательно оглядел перевернутый трон, затем поставил его на место и осторожно положил на его сиденье корону.
— Я не понимаю, — медленно сказал он, — не понимаю, как это может быть. Ведь Светлые Боги победили их, развоплотили и отправили в мир теней. Разве тень способна на такое?
Видимо, да. Откуда я знаю?
— Погоди-ка, — спохватился Кинжал, — кем они там тебя назвали? У тех развалин с ритуальными колодцами? Надеюсь, не жрицей?
Я сползла с алтаря на пол и съежилась, обняв себя за плечи.
— Мари! — Он уже навис надо мною. — Ты же не жрица, верно? Или …? Жрецы связывают мир бесплотных богов с миром материальных существ, это все знают. Даже один-единственный человек, назначенный жрецом, то есть плотью бога в этом мире, способен придавать им здесь силы. Скажи мне!
Я подняла на него глаза. Надеюсь, смогу не заплакать.
— Именно она самая. Жрица. Они дали мне не просто имя там, у колодцев. Погоди! Дай договорить! И еще — в том храме, куда ты собираешься пойти, нет никаких богатств. Я должна была привести тебя туда и …
Договорить я не смогла, но он и сам догадался:
— Принести меня в жертву, — тихо закончил Кинжал и уселся на пол напротив меня, — и почему же ты мне раньше не сказала?
— Не знаю, — буркнула я, отвернувшись, не хочу, чтобы он видел насколько я расстроена, — просто не могла. Боялась тебя.
— Поэтому ты не хотела отдавать мне карту?
Я кивнула. Он схватил меня за руку, сжал ее и задумался. Наверняка сейчас убьет меня — казнит или просто по стене размажет. И никто меня не защитит, кроме нас тут никого нет. Я украдкой смахнула влагу, мутившую мое зрение.
— Хорошо, — наконец сказал он, — мы не пойдем туда. Есть и другие решения этой проблемы. Я могу занять деньги у других государств под будущий урожай или как-то иначе договориться.
Он поднял меня с пола и обнял, прижав к своем разгоряченному телу.
— Надо поскорее тебя одеть, ты вся дрожишь, — заметил Кинжал.
Еще бы! Только скорее это от нервов, чем от холода. Кто бы мне еще сказал, что в этом мире у меня будет столь насыщенная событиями и нервяками жизнь.
Кинжал, он же новый король Северных земель, уверенно вел меня по замку, нисколько не путаясь в разбегающихся коридорах. Наконец, он принялся толкать двери, бормоча себе под нос «ну и кто здесь у нас жил?». Комнаты были пусты, запылены, кое-где попадалась разбросанная и переломанная мебель. За одной из дверей он остановился, долго вглядываясь, затем отпустил мою руку и вошел внутрь.
— Гляди! — Кинжал со скрежетом открыл дверцу шкафа, который размером был с небольшой дачный домик. — Это женские покои! Сколько одежды! Кстати, почти не пыльная.
Затем он по-хозяйски прошелся по комнате, плюхнулся на огромную кровать и похлопал по ней ладонью:
— Ну вот, куда как лучше, чем спать на траве и камнях, верно? Думаю, тут ты наконец выспишься и отдохнешь.
