– Ты только недавно перешла? – продолжала девушка.
– Ты хочешь сказать, перешла в состояние сна?
– Нет. Я хочу сказать – умерла.
– Умерла?
Надо же, это мой первый контакт с умершей душой! Так вот как это бывает! Столько читала о встречах с призраками, гуляющими после смерти и пугающими живых. Реальность меня удивила – никакого страха. Все спокойно и даже возвышенно, если учесть утонченную внешность моей новой знакомой. Никаких стонов, пугающих криков и леденящего ужаса. Они такие же, как мы, просто без плотного тела.
– Значит, ты умерла?
– Ну да. Взгляни, разве ты видишь мою нить жизни?
О, я как-то забыла про эту могущественную нить.
– Вот, посмотри, – она указала на свою область сердца, – отсюда должен выходить блестящий, перламутровый жгут.
Я посмотрела и убедилась – его не было.
Потом девушка указала на мое сердце.
– И у тебя не…, – и осеклась, – у тебя есть.
Да, моя ниточка пока была на месте.
– Так, выходит, ты еще жива?
– Да, как видишь.
– Ты из спящих?
– Да, из них.
– А я уж хотела спросить тебя, как ты ушла из жизни. А ты еще живехонькая.
Моя незнакомка продолжала:
– Не думай, что я очень опечалена своей смертью и завидую тебе. Знаешь, мне даже нравится быть мертвой! И не просто нравится – это настоящий рай! Такая свобода! Не находишь? Ты ведь ощущаешь то же самое? Свобода! – она поднялась, встала на самый краешек крыши и прокричала вниз громко и радостно: – Свобода! Это настоящая свобода!! Люди, вы меня слышите?! Не бойтесь умереть! Здесь так хорошо!
Она кричала. Я слышала этот звук. Но у нее же не было ни горла, ни рта, ее тело лишь эфирный мираж. Она даже не дышала – откуда звук? Она испускала энергетические импульсы – вот это и был ее радостный клич. Люди его, естественно, не слышали. Может, особо тонко чувствующие и могли что-то ощутить. Так что ее призывы к свободе остались незамеченными никем из пешеходов, спешащих по своим делам в это морозное утро. Однако, наверное, эта ее мысль как-то воздействует на общую ауру города. И какому-нибудь поэту, художнику или музыканту сегодня особенно захочется летать!
Я тоже смотрела вниз вместе с ней:
– Они тебя не слышат. Но чувствуют, кажется… некоторые.
– Да мне все равно!
– А ты бунтарка! – заметила я.
– Да, я такая! Не люблю, когда меня принуждают! Кстати, как тебя зовут в обычном мире?
– Настя.
– Красивое имя. Анастасия. В нем много мистики. А я Марина.
– Марина. Море. Твое имя в числе моих любимых.
– Да, но это было при земной жизни. А здесь все не так. Я произношу свое имя, а оно как отзвук какого-то прошлого, не более. Со мной это было или не со мной. Мое имя или не мое… Здесь столько событий, столько энергий каждое мгновение, что все как-то быстро стирается. И я уже точно не Марина.
– Все так странно! – подтвердила я ее мысли, – Еще в начале этой недели я и не подозревала, что в ее конце я научусь осознанно покидать свое тело. Знаешь, мне помогает один человек. Точнее, не совсем человек. Он сказал, что прибыл из Космоса. Ты мне веришь?
– И ты меня еще об этом спрашиваешь? Настя, я же призрак! Я теперь во все верю. И мне нравится эта жизнь. Меня словно постоянно обдувают ветром – то сильным, то слабым, то теплым, то холодным. Но он всегда несет с собой свежесть. Я всю жизнь мечтала о чем-то подобном! Все хотела в круиз поехать, на палубе постоять, ощутить этот ветер. Не получилось, все денег не было … А сейчас получилось, после смерти… Хочешь, расскажу, как и почему умерла?
– Мне с самого начала было интересно, но я стеснялась спросить.
– Пойми, глупышка, в этом мире, где мы сейчас, ничего стесняться не надо. Бу-дь от-кры-той! Нам больше нечего утаивать. Вся эта ерунда осталась в земном прошлом.
– Да, но я то еще не умерла, ты забыла?
– Да нет разницы. Все равно ты уже другая и прежней не будешь, я это вижу! Ты уже никогда не будешь жить слепо – ходить в институт или на работу, есть, спать, смотреть телевизор и плохо понимать, что живешь. Ты пробудилась и назад дороги нет. Вот так то!
Марина переместилась ко мне поближе, и мы погрузились в молчание. Но это было не молчание, что разъединяет, а наоборот, то, что объединяет души в единое целое, растворяет все во всем.
И вот мы, две призрачные девушки, уже слившиеся сознаниями, сидели рядышком на крыше пятиэтажки, хотя скорее, не сидели, а просто висели над ней, едва касаясь поверхности. Напротив – магазин «Электрон». Внизу, где дорога, слышались гудки машин и нескончаемый шорох шин, трущихся о снег на проезжей части. Физический город жил своей жизнью, далекой от нашей, но все же, близкой нам, ведь мы находились в нем, а значит, пересекались. Но мы выпали из его механизма, моя подруга навсегда или надолго, а я… еще не знаю. Это зависит от того, какие вести принесет Олег.
Какие бы ни принес, мне уже не страшно. Мне так понравилось путешествовать легким облачком, что в эту плотную темницу не очень то хотелось. Как быстро привыкаешь к хорошему!
