От нелепости происходящего я засмеялась. Ночное приключение продолжалось.
– Вы их куда-то перенесли?
– Пришлось. Не хотелось рисковать. Все планы Темных нам не известны.
– Но, с мамой правда все хорошо?
– Да. И мы сейчас как раз отправимся к ней … и к тебе.
– Вообще, мне так тоже нравится. Можно остаться подольше?
– К сожалению, очень надолго покидать неподготовленное тело нельзя, иначе ткани и органы деструктивно изменяются. Чтобы дольше отсутствовать, надо тренировать тело. Со временем научишься. Помимо физиологических изменений есть еще и другие опасности – захват темными сущностями. Пока ты с нами, тебе это не грозит. Но лучше не надо.
Мы выскользнули из квартиры.
– А что с ней станет, пока мы будем отсутствовать?
– Ничего не станет, никто и не узнает, что вас нет. Отцу и друзьям позвоните, скажете, что в отпуске. Собственно, так оно и есть. … Настя, готова?
– Да.
– Полетели!
Ставший привычным ритуал воссоединения наших тел. Опять сливаемся. Я ощущаю мысли Олега, а он мои. Он меня любит. Но не как девушку, а как душу. Я должна привыкнуть к этому, и не желать чисто человеческих отношений. Иначе … Иначе, я так и останусь прежней Настей Снеговой. А я хочу стать чем-то большим – космической странницей, МЧС вселенского масштаба.
Такие мысли искрами проносились в моем сознании. Я чувствовала, что он все это воспринимает. И ощутила его радость оттого, что ему нравится, как я думаю. Может, я на верном пути …?
А потом знакомый вихрь энергетического поля закружился вокруг нас, слитых вместе, волчком, и мы стали быстро подниматься вверх. Мой двор уходил вниз, вместе с проснувшимися к этому времени обитателями дома. Было около полудня, но небо особенно не светлело, оставаясь темно-синим. Восток полыхал багрянцем, и горизонт был затянут красно-розовыми облаками. Солнце оставалось где-то там, под горизонтом. В который раз я изумилась красоте Севера. Но мой друг не дал мне на это много времени. Мы поднимались все выше и выше. А потом понеслись с огромной скоростью куда-то к югу. Огни Мурманска таяли с неимоверной быстротой. Мы летели над Кольским полуостровом. Внизу лежали бескрайние просторы лесотундры, занесенной полярными снегами, мелькали озера, скованные льдами.
Потом пейзаж внизу начал меняться – мы очутились над живым, бело-зеленым покрывалом карельских лесов.
Вошли в зону Средней полосы. Пролетели над Москвой и московской областью, раскинувшейся в сердце Росси подобно огромному спруту – символ государственности и власти.
Но мы не останавливались и все также мчались в холодном зимнем воздухе все вперед и вперед.
Интересно, куда мы? На эту мысль тут же пришел ответ Олега – туда, где безопасно, к друзьям. Дальше спрашивать не было смысла. Зачем, если мы так быстро перемещаемся. Скоро и так все узнаю.
Мы продвигались ближе к югу и воздух постепенно теплел. Леса, покрытые кристаллами кислорода и водорода, которые мы в просторечье именуем водой, все чаще чередовались с областями, свободными от них. Лед на реках и озерах становился все тоньше. А потом и вовсе замелькали водные зеркала, блестящие на Солнце.
Смотреть на Землю с высоты птичьего полета – этим давно никого не удивишь. Таких фотографий и видео фильмов в мире огромное множество. И даже вид Земли со спутника. Но одно дело – смотреть фильм, а другое – лететь так самой и видеть планету как на ладони, а не через объектив чьей-то камеры.
До сих пор я не знала, что такое жизнь. А настоящая жизнь начинается с полета. Кто не летал, то не жил. Определенно, это так и есть.
Я не знала, сколько пошло времени с тех пор, как мы покинули Мурманск. Мне показалось, не больше нескольких минут. Скорость была невероятной. Наверное, я своим тонким, но все же, весьма тяжелым для духовного мира, телом сильно тормозила своего небесного друга. Без меня, без сомнения, он летел бы еще быстрее.
Под нами возникали и убегали прочь города, похожие на капли какого-то разноцветного вещества, упавшего на земную поверхность. А в них жили люди – милые, добрые, иногда злые. Но злые не специально, а от усталости. От усталости выживать в этом странном мире, созданном тем, кого мы зовем Богом, но совсем не знаем и не понимаем.
Как бы освободить этих людей, думала я. Как бы они обрадовались, сумей так путешествовать. По собственному желанию покидать тело, а потом снова возвращаться. Тогда, наверняка, большинство отказалось бы от дорогих и опасных поездок на транспорте. Летали бы куда захотели во внетелесном состоянии. Ни границ, ни запретов, ни багажа, ни денег! Только свобода и радость полета, без страха и нелепых ограничений.
– Ты видишь будущее человечества, – эхом отозвались во мне мысли Олега. – Когда-нибудь так и будет. Представь, а ведь большинство жителей Вселенной сейчас живут именно так – свободно странствуют в Космосе. Это только планетам, подобным Земле, трудно осваивать этот путь.
– Но почему? – мне это было непонятно. Казалось несправедливым.
