- Спасибо, - сказал ему Медрик и продолжил в трубку: - Которые все еще в упаковочной пленке, Гарри, твоим ребятам легче будет. Сегодня пришлешь кого-нибудь? Ну, я буду тут. Гарри. Нет, я понимаю, ты прав дело есть дело. Приятно слышать твой голос снова, Гарри. - И Медрик попрощался, злобно улыбаясь. - Еще двенадцать таких же ублюдков.
Тут открылась входная дверь.
Все обернулись посмотреть как в зал вошли двое из вышеупомянутых, только эти были скорее из того же племени, но из другого лагеря. Парни Майки, тупоголовые бычки с понтами, в ярких рубашках, глаженных джинсах, ботинках, сшитых на заказ, и с прическами похожими на шоколадный мусс.
- Заведение закрыто, - тут же сообщили они, завидев людей.
- Точно, - ответил им Медрик. - Возвращайтесь в шесть, когда мы откроемся.
Один из бычков встал прямо перед Отто.
- Ты меня не понял, папаша, - это заведение закрыто!
Медрик развел руками.
- Тогда что же вы тут делаете, если оно закрыто?
- Понятия не имею, кто ты такой, папаша...
- Я Отто Медрик, владелец этого бара. Если бы я был твоим папашей, я бы уже убил себя. К счастью, это не так. Пошли вон!
- Эй, ты! - вступил в спор второй, и тут они оба синхронно потянули руки за спину под свои рубашки. Дортмундер спокойно сказал Френку Медрику:
- Там в ящике есть пистолет. Возле коктейльных зонтиков.
- А у меня в руке телефон, - сказал Медрик. - Какой там номер? Девять-один-один?
Как только Фрэнк открыл ящик, в котором Дортмундер так удачно давеча нашел пистолет, оба гостя отступили и вынули руки из-под своих рубашек, однако лица их по-прежнему были мрачными.
- Лучше бы тебе знать во что ты вляпался, - сказал один из них. - Мы позвоним Майки. Еще посмотрим кто кого.
- Уж позвоните, - разрешил им Отто, и как только бычки вышли вон, набрал номер. - Ролло? Это я. Да, я тут, в баре. Да, тут бардак еще тот, но мы все уладим. Можешь открыться в шесть? Хорошо. А те твои приятели, что ты мне рассказывал, из клуба бывших моряков? Ты еще с ними тусуешься? Хорошо. Пусти там слушок, что в честь моего возвращения и того, что ты остаешься на месте этим парням выпивка в баре бесплатно неделю. И еще можешь им сказать, что у них может даже выпасть шанс помахаться как в старые добрые времена. Отлично, Ролло. Жду здесь.
Медрик положил трубку и вернулся к счетам.
- Ну, кто там из ублюдков следующий?
Далеко в Нью-Джерси Майки тоже положил трубку и с недоумением повернулся к своему отцу.
- Какого хрена?
29
Больше всего в мужчинах бесит тот факт, что они просто до безобразия предсказуемы. Нажимать на нужные кнопки до смешного легко, но к сожалению, каждая такая кнопка обычно снабжена режимом самоликвидации.
Розелла давным-давно, еще в свой самый первый раз, поняла, что как только она ложится в постель с мужчиной, он страдая от страсти, неимоверно спешит и разинув рот жаждет получить все побыстрей, при этом отнюдь не показывая высокой техники. Однако при последующих сеансах баланс между жаждой и качеством выравнивается в пользу техники, поскольку его изначальная фантазия воплощается, и дальше он уже использует чисто свой интерес к определенной женщине. Первоначальный страстный голод уже никогда не возвращается, по крайней мере у нее такого еще не было. В итоге, если некоторые другие факторы - обоюдная нежность, общие интересы, совместимые фобии, да все что угодно, кроме секса - не присутствуют, то интерес тоже со временем угаснет и станет похож на потухший костер.
Розелла ничего ни с кем не желала разделять, кроме своего тела, так что время ее влияния на мужчину, ставшего целью, было строго лимитировано. А с таким типом как Престон Феавезер - ярко выраженный нарциссизм в особо крупных размерах - такая возможность вообще сводилась к минимуму. Пришло время подтолкнуть к дальнейшим
действиям.
Поэтому, во вторник утром она надела свое намного более вызывающее малюсенькое белое бикини в красный горошек и пошла на завтрак с твердым намерением заставить Престона пострадать немного. Это, как говорится, полезно для души.
Престон был уже в столовой и конечно же со своим подручным Пинкельтоном. Розелла выбрала себе йогурт, фруктовый салат и кофе.
- Доброе утро, - поздоровалась она, присаживаясь к ним за столик.
У Престона глаза загорелись, когда он ее увидел:
- Тебя так и хочется съесть!
- Да. Доброе утро, Алан.
- Доброе утро, Пэм, - ответил мрачный как обычно компаньон.
- Я тут подумал, сегодня утром мы могли бы повалятся немного, а потом сходить посмотреть на волейбольный матч. Это всегда веселит, - Престон обращался преимущественно к ее груди.
- О, Престон, звучит хорошо, но я вчера так здорово покаталась на лодке, что хочу повторить сегодня.
- Что, снова выплыть в океан? - он скривился. - Мы же земные создания, Пэм.
- Вообще-то, мы все родом из Матери Моря. Но ты можешь делать, что хочешь. Мы все тут отдыхаем и делаем, что нам хочется.
- А я хочу, чтобы мы вместе, - и Престон заговорщически ухмыльнулся, - покувыркались этим утром. Только ты и я.
