Единственное, что спасает заведение – летняя веранда, уж очень она хороша. Хотя, наверное, слово веранда слишком громкое. Несколько столов со стульями на улице под крышей. Но чрезвычайно атмосферно, ведь сидишь в самом центре города. В августе того же года во время второй нашей командировки нам понравился этот приятный бонус.
Но по-настоящему ощущаем значимость «Легенды» мы только в начале 2017-го – как раз во время очередного напряженного витка конфликта и тех самых серьёзных обстрелов, очевидцами и даже невольными участниками которых нам пришлось стать.
В Москве между съёмочными группами в большинстве случаев существует конкуренция. Каждый репортёр старается выведать самое интересное, снять эксклюзивные кадры, записать уникального очевидца. Зачастую в такие моменты репортёры если не стараются навредить коллегам, то уж точно помощи не окажут.
На войне в целом и в Донбассе в частности такого нет. Все рассказывают друг другу об интересных темах, вместе ездят на съёмки. А в особо напряжённые моменты видеозаписи, сделанные журналистами, становятся общими. Как это работает? Расскажу на конкретных примерах.
Февраль 2017-го. После обострения на передовой в день я обычно раз пять-шесть выхожу в эфир и делаю два разных сюжета на вечернике выпуски. Самостоятельно подготовить такое количество материалов просто невозможно. Ведь, получается, нужно и в центре города стоять на прямых включениях, потому что только здесь устойчивая надёжная связь.
И при этом ездить по местам обстрелов, по больницам, куда доставляют раненых, общаться с официальными лицами. Разумеется, выбирать приходится что-то одно. В таких случаях и приходит на помощь «Донецкое братство».
В один из таких напряженных дней приезжаю в кафе. У входа сидит один из корреспондентов. Спрашиваю у него:
– Ну что, братаныч, сняли что-нибудь?
– Да, ездили по адресу, где был обстрел.
– Скинь нам, пожалуйста!
– Конечно, сейчас.
Иду дальше через столы. Сидит репортёр другого федерального канала. Содержание диалога примерно такое же – и вот съёмки горняков в обстрелянной шахте уже у нас.
Весна 2015-го. В полях Донбасса освещаем с коллегами, как проходит начало посевной
Окидываю взглядом всё помещение. В углу притаился независимый журналист Патрик Ланкастер – бывший оператор известного британского репортёра Грэма Филиппса
– Hello, Patrick!
– Hi! Да-да, я лэтал в Киивском районе на моём каптере. Do you wanna this video12?
– Да, конечно, my friend13.
Убедившись, что больше не у кого взять видео, я выхожу на улицу готовиться к прямому включению.
В какой-то момент федеральные журналисты даже создают специальный чат для обмена картинкой через мессенджер. И даже уже не спрашивают друг у друга, кому какое видео нужно. Просто отправляют ссылки с небольшим пояснениями к записям.
Иногда временными членами нашего негласного, но весьма влиятельного общества становятся и местные журналисты. Так, однажды утром во время просмотра новостей на телеканале «Юнион» я увидел кадры, сделанные в здании управления МЧС по Киевскому району – как раз туда привозят горожан во время эвакуации, а уже потом распределяют по временным жилищам.
У нас же толком и не было времени отработать внутри. А коллеги сняли очаровательного ребёнка, который в окружении спасателей рисует фломастером супергероя, плюс ещё какие-то синхроны. Пишу в социальных сетях знакомой ведущей «Юниона».
Захожу, что называется, сразу с козырей: «видел у вас только что картинку с очаровательным пацаном, которого вывезли из опасной зоны. Очень хочется её получить. Взамен предлагаю видео обстрелов в Макеевке; на Чапаева, 4, где все журналисты были, и кадры самой эвакуации из Киевского района. А то вы рассказываете обо всех этих событиях в эфире, а показать нечего.»
Понятное дело, думать долго над таким предложением коллегам не пришлось. Уже через несколько минут исходник сначала оказывается у меня, а потом сразу у всех остальных наших ребят. В тот момент у меня со Стасом были другие съёмки, и я даже подзабыл на время про видео с очаровательным мальчиком.
А потом один из коллег рассказывает, что родители юного героя – глухонемые, поэтому услышать свист летящих за окном мин они не могут. Ребёнок предупредил семью об опасности, и все вместе они благополучно спустились в подвал.
«Получается, супергерой, которого рисует школьник, – он сам. Я так и обыграл это в сюжете», – со светящимися от умиления глазами подводит итог товарищ. Иногда бывают ситуации, когда лучше не скажешь. В своём тексте мне остаётся только