Димка лежал с закрытыми глазами, Макс попытался его растормошить, но он не отреагировал. У виска своего друга он увидел тоненькую струйку крови - один из камней прилетел очень метко. Теперь какое-то время Максу придется соображать в одиночестве. Он очень надеялся, что Димка очнется, и они вместе что-нибудь придумают. Но внимательно осмотрев стены своей темницы, он понял, что друг ему вряд ли поможет даже когда придет в себя. Стена везде твердая, копать дальше просто опасно, тогда их может засыпать наглухо. Выбраться наверх у них тоже не получится, тем более что там сейчас находится это страшное и неизвестное существо, которое ещё не факт, что завалило камнями и не факт, что оно просто сдалось и отказалось от добычи. Оставалось ждать. Лицо женщины-монстра, твари преследующей их, стояло перед плотно зажмуренными глазами Макса. Белёсая мертвенная кожа, с бледными губами отливающими синевой сильно контрастировала с длинными темными волосами, которые давно никто не заботился расчесывать. Искривленные оскалом черты лица, нездоровый блеск в расширенных яростью глазах, длинные чуть выпирающие из-под губы клыки и выставленные вперед руки с загибающимися книзу когтями. Во что она была одета, он даже сообразить не успел. Хотя... была ли она вообще одета, мальчишка тоже не слишком то и понял.
Мальчик отер кровь с лица Димки платком, плотно прижал его к ране, стараясь хоть как-то отвлечь себя от страшного образа преследовательницы. Другой рукой выключил фонарь, чтобы сберечь батарею и беззвучно заплакал от страха, спиной прижимаясь к стене. Над его головой у края ямы, в которую они свалились с Максом, раздалось зловещее, утробное рычание монстра...
Ничего толком так и не предприняв, друзья решили разойтись сегодня, а завтра, в субботу, встретиться у Петровича и обсудить дальнейшие действия. Николай, связавшись с Натальей по телефонному номеру, который она ему дала прошлым вечером, получил указания, без неё не влезать ни в какие авантюры. Ждать! Сегодня она провозится допоздна, по поводу организации и оформления их команды. Но то, что это уже решено, они могут не сомневаться.
- Сегодня всем отдыхать, а завтра с утра поговорим. Извини, тороплюсь, - она проговорила последнюю фразу скороговоркой и бросила трубку.
По этой причине все и разошлись. Андрей отправился домой к Петровичу, как он сказал - отсыпаться. Хотя ему все, не сильно и поверили. Явно опять нажрётся.
Лёньки надо было идти на завод писать заявление на увольнение.
- Начальница меня не отпустит, - начальник цеха, в котором он работал, была женщина, да ещё и строго относящаяся, ко всему, что касалось работы. - Заставит отрабатывать положенный срок перед увольнением. У меня в отличие от тебя, - скривил он физиономию глядя на Николая, - отпуск аж в конце года.
- А ты напиши заявление в связи с переменой места жительства, - подсказала Лара. - По такому заявлению, обязаны уволить без отработки.
- Ну и куда я скажу что уезжаю, - непонимающе посмотрел Лёнька на друзей.
- На Калыму, - пошутил Николай, вспомнив Лёнькино сидение в милиции. - Шутка.
Хмурый Лёнька поднёс к носу Николая свой кулачище, а потом, усмехнувшись, сказал:
- Шутка. Ну а если серьёзно?
- Наговори что хочешь, - ответила Лара. - Это документировать не надо. Положение есть такое, увольнять по такому заявлению без отработки.
- Ты не знаешь нашу 'генеральшу', - почесал затылок Лёнька.
- Ну, если будут проблемы, я думаю можно попробовать через Наталью, - успокоил друга Николай, останавливаясь с друзьями возле проходной завода. - Вот возьми её телефон на всякий случай и звони ей, если что прямо из кабинета начальницы. Я думаю, сестричка найдёт того, кто с вашей начальницей о твоём увольнении поболтает. Но желательно, лучше выкручивайся сам.
- Ну, лады, - Лёнька пожал Николаю руку и, помахав Ларе, скрылся в дверях проходной
***
Лара зашла в комнату и, задёрнув шторы, упала, не раздеваясь, уставшая на диван. Она уже начала засыпать, как вдруг почувствовала, как кто-то над ней наклонился. По её телу пробежала смертельная дрожь. Она попыталась открыть глаза, но какая-то сторонняя сила не позволяла ей этого сделать. Она услышала тяжёлое дыхание над собой, а затем тот, кто склонился над ней, поцеловал её в губы. Этот поцелуй она помнила. Так целовал её только Русик:
- Я пришёл за тобой, дорогая, - раздался над ухом Лары его шёпот.
У Лары всё взыграло внутри желанной страстью.
- Я так ждала тебя, милый! - воскликнула она и, не открывая глаз, протянула к желанному руки и стала ласкать ладонями его волосы, лицо...
И тут, она почувствовала под руками противную слизь, и лопавшиеся от её прикосновения огромные волдыри, а в нос ей ударил тошнотворный запах палёной шерсти.
Она открыла глаза и с ужасом обнаружила в своих руках обгорелую, уродливую - голову Русика. Голова на неё глядела пустыми глазницами, из которых сочилась чёрная густая кровь, и улыбалась ей безгубым, усыпанным острыми звериными клыками ртом, из которого высовывался длинный и толстый чёрный язык, попытавшийся раздвинуть её губы и через рот проникнуть внутрь её тела.
