– Подумаю. – Пашка глянул на часы в углу телефона. – Мне это… уже бежать надо. Выздоравливай!
Женька немного помрачнела, но потом всё-таки улыбнулась.
Выходя из палаты, Пашка заметил, как она взяла мишку Тома с тумбочки и сунула под голову.
Несясь к школе, думал он, что стоит глобально пересмотреть подход к игре и все свои решения. Дебилов – обезвредить, это-то понятно в силе. Но самому, самому-то можно творить добрые дела – и за такой счёт жить. Это и Пионовой должно понравиться! И вообще всем!
По пути в школу пришла ему в голову ещё одна прекрасная мысль, и потому, вместо того чтобы караулить выявленных пользователей, пошёл он к кабинету ОБЖ и поймал камерой классуху Ирину Сергеевну. Назначил ей за пять сотен баллов написать на бумажке адреса всех интересных Пашке персон, а потом бумажку положить на подоконник.
Пока Ирка справлялась с задачей, школа почти опустела, а Пашка изгрыз в кровь нижнюю губу.
Идея отнимать телефоны мудаческих одноклассников силой нравилась ему всё меньше и меньше.
Во-первых, его по-любому узнают, хоть ты колготки на башку нацепи, хоть бумажный пакет. Во-вторых, кто-то может вмешаться. Ну и вообще так себе досуг для хорошего человека.
И потому решил Пашка доверить дело подобного рода профессионалу.
Забрав с подоконника бумажку с адресами, оставленную Иркой, потопал он ко двору со ржавой ракетой.
Караулить безумного Макса.
Но подкараулил Пашка в итоге Толика и едва успел заныкаться за ларёк так, чтобы тот его не увидел. Толик был довольным, сияющим, нёс в руках торт и три гвоздики. Пашка мимоходом отметил, что друг уже очень ощутимо похудел. Издалека он его давно не рассматривал, и вообще, своих дел хватало.
Вид Толика нашёптывал, что Пашка не только долбоибизмом умеет страдать с помощью волшебных бонусов.
Но вот если в квартире готовится к экзаменам Яна, с перерывами на торт и Толика, навряд ли Макс там же. И как его искать?
Пашка утопал в соседний двор и отрыл на страничке Толика в друзьях Яну, а на её страничке – Макса. Он был онлайн.
Пашка подумал-подумал, а потом зарегал себе новое мыло, новую страничку и написал Максу в ЛС: «Приходи в Ульяновский парк, к аттракционам, верну твою плойку».
«Это кто???» – пришло в ответ минут через пять.
«А ты много кому плойку давал, что ли? Через час там», – съехидничал Пашка и вышел из фейкового аккаунта.
Нужно было заскочить домой за приставкой. Ну на хер это ворованное имущество.
Когда он подрулил к месту встречи, Макс уже отирался около входа в Детский парк. Светиться Пашка не собирался.
Прописал в закреплённые желания гопнуть телефон у Игоря Васина, добавил адрес того с классухиного листочка. Телефон по настройке следовало выбросить в Суру. Обошлось это Пашке в пятьдесят очков, но пришлось потратить ещё пять сотен сверху, чтобы назначить Максу отложенную задачу прийти на это же место завтра к шести часам вечера.
Просирать баллы на возращение плойки не хотелось, потому Пашка поймал какого-то шкета лет восьми и попросил передать пакет вон тому парню, а сам живо свалил так, что когда мальчик около Макса заоглядывался, собираясь ткнуть пальцем, тыкать стало уже не в кого.
Позвонила Другая мама и сообщила, что будет ждать Пашку около остановки через полчаса.
Ёшкин кот, наркоман Юра!
Игруха меж тем хотела, чтобы Пашка топал к Пионовой. Ну или, по крайней мере, провёл с ней вечер. Сама Пионова тоже этого хотела. Вообще показалось Пашке, что она начинает злиться из-за игнора.
Не в тему был наркоман Юра.
Но Другая мама могла уйти от миролюбия, если оно не сработает. А выбираться из какого-то рехаба с помощью игрухи вообще Пашке не улыбалось.
И потому пришлось перед Люськой слёзно извиняться.
Голос в ответ звучал натянуто.
– Завтра после линейки идёшь ко мне в гости, – заявила она. – Без вариантов, я тебя обещала Магде показать. Не подводи. Ты вообще какой-то странный в последнее время.
– Ох, не надо меня никому показывать! – испугался Пашка. – Давай лучше в кино, что ли.
– Магда классная, вот увидишь! – безапелляционно отрезала Люська. – Не обсуждается.
Наркоман Юра жил в самой жопе мира, ехали они с Другой мамой к нему почти два часа, учитывая пеший поход от дороги.
Квартира оказалась крошечной, убитой в хлам и к тому же ощутимо вонючей. Открыл какой-то очень худой и совсем высохший дед.
– Ленок! – заулыбался он почти беззубым ртом. – Тебя не узнать! Но всё такая же сочная! Ну заходите, заходите! Ты – Павел? Я – Юрка! – И дедок протянул Соколову-младшему сморщенную ладонь.
– Мой одноклассник, – вторила Другая мама со значением. – Старше меня всего на полгодика. Юрочка, мы не помешали? Жена ругаться не будет?
– Да какая жена! Нужны они мне! Заходи, Ленок! Можете не разуваться. Очень рад, что ты меня вспомнила!
– Паша вот подумывает стать музыкантом, а у тебя была группа, вот и хочу, чтобы он с тобой поболтал,
Музыкант-Пашка глаза вытаращил.
