Пашка зашёл в «назначить действие» и начал писать про орангутанга.
– Ладно, пошли, – махнул рукой Толик. – Просто в башку засело, не мог не спросить. Прям долбило. Короче, Яна думает…
Пашка окнул оплату в пять сотен баллов и свободной рукой указал пальцем вперёд. Толик на автомате повёл туда башкой: бабка встала, задрала руки так, что с плеч на голову девочке упала косынка, и громко (несколько человек даже оглянулось) крикнула:
– Я орангутанг!
Девочка на лавке начала смеяться, потрясая хвостиками волос.
Если сейчас прилетит предупреждение, окажется Пашка в такой жопе…
Толик застыл, словно его парализовало, с приоткрытым ртом.
Бабка повернулась к девочке с растерянным лицом, но потом заулыбалась ей. Люди пошли дальше. Толик перевёл на Пашку ошарашенный взгляд.
– Ты как это сделал?
Предупреждения не было.
Пашка поднёс палец, которым тыкал в бабулю, к зубам и вгрызся в ноготь, не сводя взгляда с экрана.
– Мне типа нельзя про это рассказывать. Если ща прилетит, я заткнусь и буду всё отрицать, но ты имей в виду.
– Чё прилетит, Пашок? – спросил Толик и через полминуты молчания опасливо уточнил: – Прилетело?
– Нет. Походу, я тебе в тот раз рассказал, и больше не считается. Но это неточно. Погоди.
– Ты на ухе с бабкой, что ли? Но как бы ты знал, кого я выберу? Или это твоя бабка? – зачастил Толик. – Совпало? Ты ей смс послал? Только с хера ли бы она такое вычудила… Можешь сделать, чтобы мусорка упала? Или только по людям и котам?
Предупреждения не было.
Сердце потихоньку начало восстанавливаться от бешеного стучания в рёбра. У Толика зазвонил телефон, но он ещё с минуту не брал трубку. А Пашка навёл камеру на урну.
Когда приятель поклялся Яне, что они будут через пять минут, о кафельную плитку ударил шуруп и корзина бахнулась с шарнира. Это стоило всего десять баллов.
– Твою мать, – охнул Толик.
Предупреждения не было.
– При мне – Яне или кому – ни слова. Без меня что хочешь рассказывай, только сначала подумай хорошо. Я никому, кроме тебя, пруфы демонстрировать не стану. После тех пенделей мне предупреждение пришло, что три осечки – и игра удалится сама.
– Игра?
– Я вообще не особо врубаюсь, что это, но оно работает. И это ещё не самое херовое.
– А это, по-твоему, херово?! – опешил Толик. – Офигеть! Я тоже такую хочу!
– Может, и получишь, – помрачнел Пашка. – Она того… распространяется.
– А где скачать можно?!
– Остынь, бро. Я не знаю. Ну и, чтобы ты понимал: тёлка вашего Макса Люсю вырубила так же, как я бабку заорангутанил. Но Макс об этом знать не может, потому что у неё тоже неразглашение.
– И Макс с такой игрой?! – вскричал Толик в панике.
– Нет, ты слушаешь меня вообще?! – разозлился Пашка. – Ты точно усёк, что я Яне твоей или кому-то ещё ничего подтверждать не буду? И что она решит, что ты шизик, сто процентов, если начнёшь нести дичь про мусорники и орангутангов?
– Переварить надо. А что ещё ты можешь? А зачем она Люсю вырубила? Да с хера ли у всех, кроме меня, такая игра?! Слушай, это прикол? Ты как это сделал?
– Трудно с тобой, – тяжко вздохнул Пашка.
– А ты почему до сих пор не на Мальдивах? Или хотя бы не на «бентли»? Чё за прикол в школу ходить тебе? Да блин, развод! Но как?..
У него опять зазвонил телефон.
– Пошли, – мрачно позвал Пашка. – У меня по Максу дело. Держи рот на замке и имей в виду, что он – мурло, но тут – ни при чём.
Безумный Макс при виде Пашки как-то весь съёжился. Яна, наоборот, выглядела решительно и очень серьёзно.
Разговор вышел странный.
Толик помалкивал. Макс вообще язык в жопу засунул и пытался стать меньше в пространстве вселенной. Яна деловито расспрашивала об обстоятельствах, Пашка по большей части кивал. Мол – да, пытался вот этот отжать у него бабосы. Но не рассчитал силу. Где он там голым задом сверкал – Пашка не в курсах, Толик только что-то говорил мельком, но давно, недели две назад, ещё до каникул. Девушка Пашки была не в себе, а почему – он не знает. Но случилось это у её одноклассницы, которая с этим вот встречается вроде как. Вот Пашка и предположил. А доказательств у него нет.
– Не хера я ни с кем не встречаюсь уже! – первый раз за всё время выпалил безумный Макс в этом месте беседы. – Малолетка эта меня преследует вообще. Ну да, когда бабки были нужны, она часто подкидывала, а я брал. Но я завязал со ставками! Я её послал сегодня на хер вообще! Я не при делах, Яша! Ну честное слово! – молитвенно уставился он на сестру.
Пашка украдкой приподнял над столешницей край телефона и ткнул в Максово меню, а потом мобилу опустил на колено.
– Спал с ней? – прищурилась Яна и выдула дым электронной сижки как дракон.
Макс потупился.
– То есть ты трахнул девятиклассницу-истеричку, больную настолько, что может чем-то подружку обколоть, а потом бросил, как мудила? – снова задымилась пышным облаком Яна. Стало казаться, что пар у неё сейчас и из ушей повалит.
Макс пялился в стол.
