Джуд хотелось расслабиться, но мешало желание отыскать какой-нибудь подвох, намек, что она снова обманута. Аромат гранатовых духов, кладбищенских роз или иные тревожные предзнаменования.
Никому нельзя доверять!
В ней не осталось и капли наивной веры. Даже прежде неоспоримые истины теперь требовали доказательств.
— Мам… — наконец нашлась Джуди, — а помнишь, как мы ездили в Берлингтон?
Вопрос показался девушке относительно невинным, но подходящим. Куда лучше, чем завалившись домой в таком виде, просить мать напомнить во сколько лет состоялся первый поход дочери к гинекологу. Или что-нибудь в таком духе.
Сэнди недоуменно подняла тонкие брови.
— Конечно, детка, — усмехнулась она, — как такое забыть? Мы взяли велосипеды напрокат, а ты свалилась в кусты и содрала все коленки.
Джуди сладко зевнула.
— Расскажи еще что-нибудь, — попросила она.
Голос матери убаюкал ее. Проснулась Джуди уже в одиночестве.
Она не знала, сколько времени провела в забытье, но боль в теле утихла, сделавшись далекой и приглушенной. Сэнди, наверное, тоже волшебница — ей известны какие-то особые чары, умиротворяющие и облегчающие физические страдания. Такая магия нравилась Джуд куда больше, чем всякие огненные сферы и зловещие зеркальные порталы.
Она позволила себе немного понежиться в постели, наслаждаясь уютной обстановкой своей старой комнаты.
Светлая мебель, шторы в цветочек и дурацкие плюшевые игрушки — каждый предмет здесь хранил отпечаток ее души.
Прежняя, нормальная жизнь была нанизана прищепками на гирлянду из лампочек над рабочим столом: билеты в кино и на поезд, постеры фильмов и музыкальных групп, открытки и фотографии.
Поездка в Берлингтон, запечатленная еще до курьезного падения с велосипеда. Единственный поход с клубом скаутов, откуда Джуд вышвырнули за вопиющую безалаберность. Пикники с Сэнди и подружками-одноклассницами. Театральный кружок в старших классах. Джуди в нелепом выпускном платье, и в бакалаврской мантии. Вечеринка по случаю окончания магистратуры. Снимок на фоне собора Святого Луи.
Девушка бросила разглядывать свою «памятную доску» и резко села.
Она вдруг осознала, что среди разрозненных фрагментов прошлого не сохранилось свидетельств присутствия Итана в ее жизни.
Но были книги! Должны были быть.
Она вытащила из-под кровати коробку, взявшись перебрать их, ведь помнила, что частенько забирала с острова «сувениры». Отыскав тот сборник произведений Эдгара По, Джуди выдохнула облегченно. Хорошо, что Сэнди его не выкинула. Скорее всего, она не знала, кто его подарил — иначе давно сожгла бы книгу на заднем дворе.
Джуд пролистнула страницы в поисках какого-нибудь послания, но, кроме нескольких строчек, аккуратно подчеркнутых карандашом, обратить внимание было не на что.
— Из той страны, где вечно сны, где чар высоких постоянство, — зачитала она, —
На последних словах голос сорвался. Девушка выругалась и брезгливо отшвырнула книгу в общую кучу. После недавних событий выделенная цитата звучала как форменное издевательство.
Говнюк, ты, Итан Уокер, — зло подумала она. Но на что она, в сущности, рассчитывала? Что парень спрячет в томик стихов пояснительную записку?
Или прощальное письмо?
— Беспросветный мрак, — вздохнула она.
Джуд решила прибегнуть к действенному, надежному способу восполнить запасы своего оптимизма — поесть. Запахи, доносившиеся с кухни, порядочно дразнили ее опустевший желудок. И плевать, что ее ждет «неприятный разговор», обещанный Сэнди. Это — справедливая цена за кулинарные изыски матери.
Миссис Дэвис расстаралась, накрыв по-настоящему царский завтрак.
— Я смотрю, тебе лучше, — подметила мать, наблюдая, как Джуди торопливо запихивает в рот все подряд — бекон, тосты, яичницу и тут же сладкие блинчики.
— Ага, — промычала девушка.
Она чуть не подавилась, встретившись взглядом с матерью. Этот взгляд ей совсем не понравился.
Сэнди поди перебрала массу кошмарных вариантов, разыскивая объяснение злоключениям дочери. Она, наверное, успела заподозрить Джуд в занятиях проституцией, бегстве от сутенера, употреблении наркотиков и невесть чем еще.
Ах, если бы все было так просто!
— Что с тобой стряслось? — женщина демонстративно отодвинула тарелку подальше, — пока не расскажешь, не получишь еду.
— Это жестоко! — возмутилась Джуд.
— Джудит!
Ох, беда! — испугалась она. Полная форма имени не сулила ничего хорошего. Лорна, оказавшая Джуди воистину незабвенный прием, лишь укрепила ее в этом мнении.
От воспоминаний о «чаепитии» в особняке Уокеров, девушку передернуло.
Нужно было срочно спасать положение. Пока миссис Дэвис не взялась за ружье.
— Мам, я такая дура! — с чувством проговорила Джуд, всплеснув руками, — ты не поверишь!
— Давай-давай, — поторопила Сэнди.
