Приехав домой Кристина обнаруживает своего мужа с проломленной головой, лежащим в луже крови. И, конечно, главной подозреваемой в этом преступлении становится именно она. Ирония судьбы, но вести дело поручают ее бывшему любовнику, у которого к Кристине большие претензии. А еще разъедающая душу злость, жгучая обида, лишающее воли вожделение, ну и, самое главное, любовь, да такая сильная, что ее не смогли разрушить ни горечь предательства, ни бег времени, ни расстояние между ними.
День ужасный. С утра небо хмурое, а еще мерзкий холодный дождик и ветер, бросающий под ноги опавшие, уже пожухшие листья. Погода на улице совпадает с тем, что творится в моей душе. Там уже пять лет хозяйничает тусклая поздняя осень, с вечным плачем и промозглостью. И никакой надежды на избавление, никакой надежды на наступление зимы, а потом весны. Моя жизнь — вечная осень, постоянная слякоть.
Машина остановилась у красивых ворот нашего загородного дома. Сердце замерло. Как же не хочется возвращаться в свою золотую клетку. Глянула на часы. Без пяти минут полседьмого вечера. Усмешка невольно появилась на губах. Я научилась быть максимально пунктуальной. Конечно, с ним и не такому научишься. Нажала на кнопку пульта, прикрепленного к связке с ключами, и гаражные ворота медленно поднялись вверх. Машина заехала на территорию двора. Все, клетка опять захлопнулась! Впрочем, она захлопнулась давным-давно, еще пять лет назад, когда я при свидетелях сказала «да» в ЗАГСе. Просто в этом доме своя несвобода ощущалась максимально остро. Порой казалось, что даже мое дыхание под его контролем.
Очень странно… Почему-то окошки не горят. Машина Роберта Евгеньевича стоит в гараже, значит, он дома. Для послеобеденного сна поздновато… Как всегда, дом пугал своей мрачностью. Руки дрогнули, ключи упали на каменную дорожку. В этом скопище металла, стекла и современных материалов нет места уюту. Это клетка, дорогая, эксклюзивная, но клетка! Подняла продрогшими пальцами ключи и пошла к стеклянной двери дома. Щелкнула выключателем, желая включить освещение. Ничего не произошло… Сегодня такие сильные порывы ветра, возможно, из-за этого проблемы с электричеством. Без света дом казался еще более мрачным и темным, угнетающим своей угрюмой неприветливостью. По коже прошелся холодок… Отчего-то стало вдруг не по себе. Ощетинилась, словно кошка, почувствовав угрозу непонятного происхождения. Такое ощущение, что из этой темноты за мной кто-то наблюдает, внимательно смотрит за каждым движением.
— Роберт Евгеньевич! — позвала я мужа.
Тишина. Давящее, пугающее беззвучие. И только ветер за окном жалобно завывает, словно он тоже вот уже лет пять постоянно страдает.
— Роберт Евгеньевич!? — на этот раз мой голос звучал громче.
Странно. Куда он мог подеваться? На улице окончательно стемнело, поэтому в доме ни черта не видно. Кажется, на кухне были свечи и спички. Но я не помню точно где. Лучше пойти в гостиную, там камин, возле него много всяких зажигающих штучек и стоят красивые декоративные свечи, подаренные мамой на Восьмое марта. Чтобы не наткнуться на приоткрытую дверь, стены или мебель, выставила вперед руки и медленно пошла в сумрак, туда, где, по моим представлениям, должна была быть арка гостиной. Глаза постепенно привыкли к темноте, позволяя видеть очертания предметов
— Роберт Евгеньевич! — снова позвала я. — Какие-то проблемы со светом. Вы звонили в аварийную службу?!
Безмолвие. А невидимая шерсть на коже продолжает подниматься дыбом, и ощущение наблюдения не проходит. Может, это Роберт Евгеньевич решил развлечься игрой в молчанку, и скоро над ухом раздастся его шипящий голос: «Крысеныш, ты пришла».
Тишина. Полное, леденящее душу, безмолвие. Сделала несколько шагов в сторону белеющего камина. А потом вдруг споткнулась обо что-то твердое, лежащее на полу. Не смогла удержать равновесие, упала. Руки попали в неприятную липкую жидкость. Что за гадость тут разлита?
Поднесла пальцы к лицу, ощутив какой-то специфический запах. Кровь?! Это запах крови!
— Аааааааааааа!!! — раздался в комнате мой крик.
На полу бездвижно лежал человек. Что за дурацкая игра?!
Лихорадочно заскользила по полу, пытаясь подняться. Пальцы наткнулись на какую-то железную штуку. Кочерга от камина. Отбросила ее куда подальше. Опять поскользнулась, еще сильнее вымазываясь в клейкой тягучей жидкости.
Неожиданно включился свет.
— Аааааааааааааа!!
Тело на полу — это мой муж, Роберт Евгеньевич, а вокруг его головы целая лужа крови! Серые глаза супруга бездвижно смотрели в потолок. И этот застывший взгляд не может принадлежать живому человеку.
Неужто случилось, свершилось? Неужели он умер? Все секунды, минуты, часы, дни, месяцы, годы нашего брака я мечтала о его смерти. Чтобы он подох, как собака! Как же я хотела его убить! Сколько вариантов смерти придумала.
— Ха-ха-ха! — раздался в комнате истерический хохот.
Неужели даже мертвый он надо мной смеется? Нет, это я, пялясь на бездвижное тело, хохочу, как ненормальная. А мои руки все в крови, словно я и правда виновница смерти мужа.
— Ха-ха-ха! — продолжает вырываться из моего горла хохот.
Роберт Евгеньевич заслужил все это, он достоин даже большего! Надеюсь, ему на том свете достанется по полной, и черти старательно поджарят его на сковородке или в чане кипящей смолы. Пусть ему будет больно, нестерпимо больно!! Пусть Роберт Евгеньевич пройдет все семь кругов ада, как проходила их я в течение долгих пяти лет нашего ненавистного брака!
