Понедельник, 16 октября
Сижу в своей комнате. Папа ещё на работе. Няня смотрит телик. Ложусь спать, не дождавшись папу.
Вторник, 17 октября
Просыпаюсь. Няня говорит, что папа уже ушёл. На столе в кухне меня дожидается большая коробка. Внутри лежит бинокль. На открытке написано: «Это поможет тебе в новом расследовании. С любовью, папа».
Четверг, 19 октября
Джимми Уэбер просит расследовать его дело. Соглашаюсь чисто по дружбе.
[
Пятница, 20 октября
Успешно раскрыла дело Уэбера. Преступник – Крис Томпкинс. Я случайно подслушала, как он хвастал, что устроил Уэберам прикол с ТБ.
[
Среда, 25 октября
Короткий рабочий день. Вечером идём с папой в кино.
[
Четверг, 26 октября
Поход в кино отменяется. Папа уехал в командировку.
Джимми Уэбер заплатил мне за расследование дела с ТБ. Я сказала, что ничего особенного не сделала, и вернула ему деньги.
[
Я перерыл весь журнал в поисках моего имени.
Не нашёл. Единственное, что мне встретилось – упоминание Ролло.
Понедельник, 30 октября
Этот чудак из нашей группы запорол нам всем контрольную.
[
И тогда меня осенило! На самом деле этот журнальчик – липа.
Нет, «липа» – не в смысле «дерево». Другая липа, понимаете? Фальшивый документ. Обманка. То есть: любой детектив знает, что если фирма хочет скрыть свои грязные делишки, то заводит двойную бухгалтерию. Подчищенные бумаги – для налогового инспектора и полиции, а вот настоящие…
Зная, что я часто хожу к Ролло в гости, Бензопила нарочно подложила фальшивый журнал в рюкзак. Расчёт её был таков: я прочту его, не найду упоминаний о себе и сделаю вывод, что она никак не связана с пропажей Фейломобиля!
Стало быть, мне нужно лишь найти настоящий журнал. Тот, который выглядит так:
Я просыпаюсь от звуков снайперского огня. Бросаюсь к окну и вижу Молли Москинс, которая обстреливает подоконник мелкими камушками.
– Чего тебе? – спрашиваю я.
– Я подумала, нам надо порепетировать пьесу, – говорит Молли.
Незадолго до этого я пригласил Молли Москинс в офис агентства, чтобы поговорить о пьесе, которую она якобы сочинила. Теперь Молли знает, где я живу.
– Уходи прочь, Молли Москинс. Никакой пьесы на самом деле нет. Мы это уже обсудили.
– Может, всё-таки порепетируем? – спрашивает она.
– Молли Москинс, ты выбрала неудачное время. Я располагаю секретными данными. Мне нельзя стоять на виду, у открытого окна.
Я захлопываю окно и ложусь обратно на раскладушку.
В подоконник глухо ударяет комок грязи.
– Ну чего ещё? – недовольно кричу я, снова распахнув окошко. – Ты наносишь вред имуществу третьих лиц!
– У меня украли туфли! – громко сообщает Молли. – Это проделки международного вора!
И я ей верю. Она стоит в одних носках.
Я хватаю свой рабочий блокнот и делаю пометку: утром завести новое дело.
Тут я замечаю, что Молли что-то прячет за спиной.
Я мгновенно «вычисляю» преступницу. Сперва Молли была в туфлях, а сейчас она без них и при этом что-то прячет за спиной.
