Дориан: имитация полностью

- Простите, - попытался умерить ее пыл Дориан, - вижу, я вас обидел…

- Вовсе нет! Я просто хочу знать, что, черт дери, означают ваши слова.

- Они означают, что Войны в Заливе не было, - Дориан поднял вверх ладони и начал, обращаясь к своим наманикюренным ногтям, сплетать несуразицы. - Не было вторжения в Кювейт, не было противостояния, не было создания коалиции, никакие «СКАДы» на Тель-Авив не падали, равно как и бомбы на багдадских аппаратчиков «БААС». Не было ни беженцев на иорданской границе, ни Республиканских гвардейцев, зарытых на дороге в Басру, ни Шварцкопфов, ни думпфкопфов, ни пытаемых пилотов ВВС. Ничего этого не было. Как и Войны в Заливе. Можно ли выразиться яснее?

- Готова поспорить, вы не говорили бы так, - сказала она, - если бы кто-то из ваших детей погиб от бомб Союзников или был уничтожен «СКАДами» Саддама. - Подобно всем либералам, она обладала дурацкой способностью делать возвышенные нравственные выводы из страданий других людей.

- Вы знакомы с кем-либо, потерявшим ребенка на этой войне?

- О чем вы?

- Я уже сказал, о чем, - вы знакомы с кем-либо, потерявшим кого-нибудь на этой войне?

- Э-э… нет, но отсюда не следует, что ничего подобного не было вообще.

- А знакомы вы с кем-нибудь, знакомым с кем-нибудь еще, потерявшим кого-то на этой войне?

- Господа-бога-ради…

- Да ради кого угодно. Послушайте, миссис Холл, все дело в том, что если вас отделяет от этого «конфликта» более шести степеней отчуждения, значит в том, что касается вас, его практически не существует

- Вы сумасшедший, - Эстер схватила бокал с вином и присосалась к нему, точно в родимом баре. - Мы могли бы сейчас встать из-за стола, доехать до аэропорта, сесть в самолет, слетать туда и увидеть реальные, весомые доказательства существования этой войны.

- Могли бы? А я вот думаю, что все заинтересованные стороны быстренько стакнулись бы, чтобы не позволить нам сделать это. Но как бы там ни было, давайте не будем больше говорить об этом; если о чем-то не говорить, то значит, этого как бы и не было. А стоит о чем-то упомянуть, по словам Генри, как оно тут же приобретает реальность[сб2].

Между тем, несколько дальше вдоль стола Фертик радостно объявил, ткнув пальцем в скругленный лацкан своего элегантного пиджака: «Я, знаете ли, не всегда надеваю ленту ордена СПИДа».

- Почему? - спросила его соседка, Мануэла Санчес, пугающе стероидная сточная канава испанского искусства со всеми характеристиками оной - манильской сигарой, моноклем, жокейскими пиджаком и галстуком.

- Потому что, дорогая моя Мануэла, временами она не идет к тому, что я надеваю - уж вы-то способны это понять.

- Думаю, эта лента не имеет никакого отношения к моде, она - всего лишь политическая декларация, да?

- О, но, Мануэла, конец двадцатого века требует, чтобы все политические декларации были модными, точно так же, как все модные - политическими. Я предрекаю, что со временем появится целый спектр подобных ленточек, и каждая будет свидетельствовать о солидарности ее носителя с той или иной когортой немощных либо с вымирающими туземными племенами.

- Паф! - она извергла клуб сигарного дыма. - Вы, англичане, никогда не говорите того, что думаете.

- Напротив, - фыркнул Фертик. - Я говорю, что думаю, хоть и не всегда думаю, что говорю.

Еще дальше по столу Гэвин рассказывал Бэзу о жизни и смерти в своем отделении. «Его прямая кишка, - сообщил он о некоем пациенте, - прорвалась, когда один малый поимел его кулаком.»

- Иисусе-Христе, - воскликнул Бэз.  - У него что же, когти на пальцах были?

- Нет, - мрачно усмехнулся Гэвин, - если, конечно, вы не верите, будто супружеская жизнь позволяет человеку воспарить, обратившись в орла. Этот кулачный боец был женат и не позаботился снять обручального кольца.

А на самом дальнем от Уоттона конце стола жена Генри обсуждала с Дэвидом Холлом  вопросы мирового значения. «Великие нации создаются не п-п-посредством п-переговоров, - брызги клерета летели из ее рта, - н-но п-посредством д-декретов. Так учит нас история». Руки ее вспорхнули в воздух, словно норовя показать, как гигантские империи обращались в прах столетий.

- Что вы, собственно хотите сказать, леди Виктория? - Холл двинул к ней свою бутылку, словно та была батальоном бюрократов. - Что ЕС надлежит послать на Балканы экспедиционные силы?

- Боже, нет, конечно, это не перспективное утверждение - просто наблюдение.

- Ну хорошо, возможно, вы, как историк, и вправе делать подобные наблюдения, однако моим коллегам и мне должно решить, что именно мы, как нация, обязаны предпринять в связи с этим конфликтом. Отвратительность происходящего на Балканах, уже не является, - он сделал паузу, чтобы подчеркнуть одну из своих двухлетней давности острот, - вопросом вкуса.

Нетопырка - из воспитанности - притворилась, будто слышит ее впервые. «Я, п-пожалуй, думаю, что все р-разрешит обычная и-и-инерция».