- Если вам так хочется знать, Фергюс, всего - я не хочу, чтобы после реанимации для меня клонировали еще чье-то тело. Вдруг оно окажется в дурном состоянии - они могут перепутать мою ДНК с чужой и кончится все тем, что голову мою насадят на тело похуже - такое, как у Терри, к примеру.
- Кончай, Дориан! - мускулистый карлик взвился на невидимом поводке, сжимая в руках невидимый же секатор. - Я не обязан выслушивать это дерьмо, я тебе не домашняя собачонка.
- Мальчики,
мальчики, - умиротворяюще воззвал к ним
с высоты Фертик, - к чему этот
спектакль? А кстати, о собачонках, - он
снова повернулся к служителю бессмертия, -
есть у вас какие-нибудь средства для, мм,
- Да, конечно. Взгляните вниз, сэр, видите те синие холщовые мешки? В них покоятся домашние любимцы наших братьев. Лично я считаю, что, когда мы встретимся после реанимации с четвероногими друзьями, это будет для нас большим утешением и очень поможет нашей интеграции в общество будущего, которое окажется - в техническом отношении - неизмеримо более изощренным, нежели наше.
В лимузине, который летел, погуживая, на запад по 99-й магистрали, Гэвин просто-напросто реготал: Домашние любимцы! Неизмеримо более изощренная технология! Кого эти шуты гороховые пытаются обморочить? Ты видел их операционную? Это какой-то «Доктор, мать его, Килдаре», полное жульничество.
- Не думаю, что ты
будешь вот так же смеяться, - запыхтел
Фертик, - когда окажешься на том свете,
а мы - Терри, Дориан и я - будем резвиться в самом настоящем Элизиуме.
Ммм, представляю себе картину… кристально чистые озера, бесконечно высокие
башни из прозрачного сапфира, а вокруг все сплошь совершенно
- Ты что,
Терри, ведший машину, - пухлая подушка под ягодицами, шоферская фуражка, сидевшая, точно ермолка, на заостренной макушке, - повернулся к Гэвину, цапнул его за руку и прорычал: Не трогай босса!
- Босс, вот оно теперь как. Не думал, Фергюс, что ты падок на подобное подхалимство. А что касается этих ваших приостановок, когда они закачают глицерин в артерии твоего трупа, в каждой все равно останется немного жидкости, и едва температура упадет до минус семидесяти пяти, они начнут крошиться, точно долбанные кукурузные хлопья. И какими бы ни были технические достижения будущего, - а, если честно, судя по тому, как идет дело, они вряд ли окажутся такими уж великими, - восстанавливать тела клетка за клеткой никому не удастся.
- Конечно удастся, - Фертик зевнул. - Дориан говорит, они будут делать это с помощью нано чего-то там - ведь так, Дориан?
- Нанотехнологии, Фергюс, - вы совершенно правы, у них появятся крохотные сверхразумные роботы, которые будут сообща заниматься ремонтом наших поврежденных тел. Они воссоздадут вас, Фергюс, точно таким же в каждой подробности, вплоть до вашей сонливости. - Фертик уже спал, маленькая головка его покоилась на кожаной обшивке под неестественным углом, как если бы задремавшего человека сменила задремавшая собака. - Зачем ты так? - укорил Гэвина Дориан. - Зачем лишать Фергюса последней попытки обрести бессмертие, пусть попробует, если ему хочется.
- Это настолько глупо, что у меня просто терпения не хватает. Ты-то зачем ввязался в это, Дориан? Ты же не дурак.
- Я просто ставлю сразу на нескольких лошадей, Гэвин. Я ведь состою не в одной только этой шайке-лейке; я вступил и в пару других занимающихся криоконсервацией компаний, и в группу продления жизни. Кроме того, я неравнодушен ко всякого рода причудливым культам - тут есть секта под названием «Райские врата», плюс одна японская, «Аум Синрикё». В Швейцарии я связан с субъектами, которые облачаются в очаровательные мантии и называют себя «Орденом Солнечного Храма», а бывая в Техасе, с удовольствием заглядываю в Уэйко и навещаю тамошнюю публику, именующуюся «Ветвью Давидовой». Я говорю себе так: поставь по фишке на каждый номер и, когда колесо фортуны повернется, хотя бы один из них да выиграет.
- Я ни во что это не верю, Дориан, по-моему, ты просто прикидываешься; мне кажется, ты относишься к своей жизни, как к произведению искусства, что-то вроде этого. Возвращайся со мной в Лондон, попроси Херста замариновать твое тело в формальдегиде. И пусть он выставит его в здоровенной, мать ее, витрине. Вот и будет тебе бессмертие, если ты этого хочешь.
- Нет, Гэвин, если
- Ага, ладно,
* * *
- А вот я скучал по нему, Генри, правда, скучал. Чувствовал себя ограбленным.
- А что же Терри? - спросил Уоттон с силой затягиваясь турецкой сигаретой. - Разве он тебя не обслуживал?