Он положил ладони на лицо мальчику и сосредоточился, вливая сырую силу в ребенка. Лечить Торренс и правда не умел, эта наука была доступна разве что светлым эльфам, чей срок жизни перевалил за две сотни лет. Но, имея возможность сделать хоть что-то, он не мог оставить все как есть.
Вскоре под пальцами стало слегка покалывать, и маг убрал руки, вглядываясь в лицо ребенка: шрамы остались, но стали тонкими, едва заметными. А еще мальчишка вдруг прикоснулся ладонью к его лицу и тихо произнес:
- Спасибо, - голос его звучал хрипло, едва слышно, но все же это был голос.
- Ой, Бурундук заговорил, - подскочил Бик, радостно хлопая в ладоши, и дети бросились обнимать своего друга, буквально повалив его на пол.
- Можете мне сказать, кто это сделал? – наблюдая за их радостью, Торренс тоже улыбнулся.
- Богатый лорд, - тут же ответил Кроль, насупившись. – Мы к нему подошли, чтобы монетку попросить, у него вон сколько всего было, а он как стегнул плеткой. Бурундук меня собой закрыл - все ему и досталось. Он потом болел долго. Бабушка еще живая была, ухаживала. Бурундук тогда заикаться начал, а как бабушки не стало, и вовсе замолк. Вот.
- Понятно. А как выглядел лорд, можешь сказать?
- Богато, - парнишка пожал плечами, – одежки белые с камешками, а на пальцах много перстней; на груди цепь с вот такенной штукой круглой, - парнишка развел ладошки в стороны, показывая размеры штуки на шее. - А волос что солома летом.
- Ну, под такое описание два десятка человек можно подогнать, а то и больше. Ты вот что: закрой глаза и вспомни, как он выглядел, а я прочту твои мысли. Не боишься?
Кроль отрицательно покачал головой, а потом серьезно так посмотрел на Торренса и спросил:
- Ты его накажешь?
- Постараюсь.
- Тогда ладно. Смотри, - и он зажмурился, стискивая кулаки. Торренс легко коснулся его лба пальцами, сосредоточившись, и перед внутренним взором встало знакомое лицо.
- Лорд Эрдо, - зло зашипел маг, чувствуя, как в груди закипает злость. – Ну ничего, сочтемся. Хоть с того света, а найду на тебя управу, сволочь.
***
Утром Торренс доложил старосте о том, что с призраком он разобрался и больше тот беспокоить горожан не будет. За это ему тут же было вручено двадцать золотых, как и договаривались, а также мешок снеди. И плату за постой с него брать отказались. Осталось закончить еще одно дело - и можно было уезжать.
- Вот что, уважаемый, а нет ли поблизости храма, который сирот принимает?
- Есть. Не сказал бы, что близко, сэй-йе, три дня верхового пути. Почитай под самой столицей стоит.
- В таком случае я хочу нанять возницу, который отвезет туда шестерых детей из вашего города. Это можно сделать?
Староста помрачнел.
- Это вы о сиротах старой Кирины говорите? Я уже не раз подумывал отвезти ребят туда, да все вот руки не доходили.
Торренс про себя подумал, что тут не в руках дело, а в совести, но… вслух ничего говорить не стал.
В общем, через три часа возница с детьми, рассевшимися в телеге, уже собирался выезжать из Верюги. Торренс стоял рядом, протягивая старшему мальчику четыре мешочка, в которых лежали разменянные на серебро и медь восемнадцать золотых, полученных от старосты. Еще две монеты маг заплатил вознице, чтобы тот довез ребят, останавливаясь с ними на ночлег в придорожных трактирах и покупая там ребятишкам еду. Бурундук поначалу отказывался от денег, принял только часть продуктов, что выделил ему Торренс из походного мешка, но наследник трех рас был не менее упертым существом, так что монеты все же вручил, сказав:
- Куклу сестренке купишь, да и одежку какую остальным. Бери, вам нужнее.
Когда повозка скрылась с глаз, Торренс вскочил верхом на Крепыша и взглянул на Изумруда.
- Осуждаешь? Думаешь, глупость сделал?
Кот помотал головой, словно отгоняя насекомых, и, вскочив, важно затрусил по улице. Им предстояло пересечь город и покинуть его с противоположной стороны, чтобы продолжить путь.
- Понимаешь, друг, нам с тобой продуктов хватит, к тому же ты у нас охотник знатный: кролика или куропатку добудешь, пока мы по лесу едем. Так что деньги нам не особо нужны, а им… нужнее.
Но Изумруд ничего не ответил, да и не мог. Он же не человек, а животные разговаривать не умеют.
========== Глава 6 ==========
Десять дней путешественники двигались вдоль горного хребта, ночуя по большей части на свежем воздухе, и только дважды, когда шел дождь, Торренс просился на постой в ближайшую деревню. Выбирая небогатую избу, он оплачивал ночевку своей магией, а то и просто мужской работой: то дрова наколоть вызывался, то с огородом помочь, выведя на грядку немного воды из земных недр, потому что одинокой престарелой вдове тяжело было таскать воду в ведрах.
