– Долгая история.
– Ну, значит, давай договоримся. Мы тебя накормим, напоим, а ты мне все о себе расскажешь? Хорошая сделка, а?
– Да, хорошая.
– Вот и славно. Поспи-ка часок. Я приду позже, позову.
Скай ушла.
А Михаил задумался: ему показался знакомым позывной девушки…
Мельников не собирался спать, он почувствовал вдруг себя совершенно беззащитным. У него не было даже ножа, чтобы постоять за себя, если эти ребята оказались бы не теми, за кого себя выдавали.
Домой Кон вернулся затемно. Бойцы «Удара» по-прежнему караулили изменившуюся до неузнаваемости деревеньку. Край вечного лета преобразился: хаты отреставрировали, деревья вырубили, высокую траву скосили, а все аномалии отметили вешками.
Армейский порядок. В чем-чем, а в порядке Малинин смыслил.
– Стоять! – Дозорный вскинул автомат. – Кто идет?!
– Леха, это я, Кон!
– А чего так поздно? И почему не предупредил, когда и куда уходил? Мы тебя обыскались!
– Не сомневаюсь! Но я разве ваш пленник?
– И все же ты не ответил на прямой вопрос, малой.
– За «малого» обидно было.
– Меня не волнует.
– Почему ты такой грубиян, Алексей? Мы так и будем перекрикиваться? Здесь? Ночью? Опасно же…
– Отвечай на вопрос, Кон. Где ты был?
– Слушай, я…
Прострекотала короткая очередь, описав полукруг перед сжавшимся от неожиданности Коном.
– Какого хрена ты творишь?!
– Отвечай на вопрос!
– Черт, да ладно! Ладно! Больной! На вылазку я ходил! К Свалке! Поживиться артефактом каким! Деньги-то всем нужны, дебил! А сколько вам – мне не платят!
– И что, поживился? – Леша так и не убрал автомат.
– Выгребли все подчистую!
– Ах да, выгребли…
– Чего ты пристал?! Я раньше миллион раз на дню уходил!
– Вчера из дома Малинина пропала какая-то вещь. Что интересно, везде следы. Пыль, ничего не скроешь же. Кто-то порылся в его кабинете, а на перекличке мы недосчитались именно тебя. – Дуло автомата смотрело сталкеру прямо в грудь.
«Если Леша нажмет на спусковой крючок, – подумал Кон, – я даже не пойму, что умер. Может, даже не услышу выстрел, если «ударовец» решит прицелиться мне в лоб. Говорят, пуля летит быстрее скорости звука. Страшно умереть, даже не поняв того, что ты – все».
– Ага! И я настолько туп, что, ограбив Малинина, вернулся к нему же! Ты это хочешь сказать? – огрызнулся парень.
– Нет. Я хочу сказать, что ты, Кон, главный подозреваемый. Проходи, малой, но завтра тебя ждет неприятный разговор. Ты понимаешь, что будет, если выяснится, что это ты влез в его лавку?
– Мне наплевать, потому что ничего не выяснится.
– Хотелось бы верить, ибо мне западло убивать малолеток.
– Не переживай, я не малолетка.
– Проходи, не задерживайся!
– Это я, твою мать, задерживаюсь?! – Кон аж поперхнулся. – Это ты меня прессуешь уже минут пять и тычешь «калашом»!
– Не ной. Давай! – Леша махнул рукой: проходи, мол.
Коля миновал патруль и направился к своему домику.
Двухэтажный дом стоял обособленно, на спуске к реке. По пути парень незаметно ото всех отправил свой коммуникатор в аномалию. Аппарат за секунду превратился в оплавленный комок пластика и микросхем.
Одной уликой стало меньше.
Зайдя в дом, Кон закрыл дверь на замок.
Необходимо было подумать.
Он говорил Никите, что шанс был раньше. Шанс покончить со всем, но Кон ошибался. Шанс был и сейчас. Тот самый пистолет, из которого парень так и не решился застрелиться.
– Даже приглушенный выстрел сыграет свою роль, – приговаривал Кон, накручивая глушитель на оружие.
Запихнув в кобуру немецкий пистолет, сталкер отворил шкаф и взял еще охотничий нож. «Горло проткнуть – на раз-два. А что еще нужно? Малинин все знает, он не тупой. Нет, хватит. Хватит гадать и ждать. Хватит! Пора взять ситуацию под контроль».
Два тихих щелчка – два трупа. Кон не знал в лицо всех людей Семы. Со многими вообще не пересекался. Потому убивать их было проще простого – никаких душевных переживаний. Знакомых убивать тяжелее.
Третий боец вскинулся и обернулся, одновременно хватаясь за винтовку. Поздно. Лезвие ножа воткнулось в его незащищенное горло. По самую рукоять. Мужчина захрипел, а Кон благоразумно отошел в сторону, с нескрываемой злобой наблюдая за тем, как жертва пытается вытащить нож из раны.
– Прости. – Сталкер флегматично пожал плечами и, поднапрягшись, сам вырвал холодное оружие из шеи бойца, выпуская наружу алую кровь.
Тело свалилось под ноги. Кон замарал подошву и носок правого ботинка.
Запахло железом.
Парень прильнул к стене ближайшего дома, снова взявшись за пистолет.
Если Коннор не лгал, информацию по торговцу он собирался предоставить «Анархистам». А те уже, коль станет известно, что не все в «Ударе» прогнили до основания, должны были поделиться информацией с теми, кто не прогнулся под Андрейченко.
План Никиты заключался в том, чтобы объединить две группировки и выступить единым фронтом против двух упырей: зарвавшегося торгаша и падкого на легкие деньги генерала.
