Там, где шея животного плавно переходила в массивное лохматое тело, расположилось небольшое сидение со спинкой, в котором сидел важного вида человек и держал в руках длинные вожжи. По одежде человека можно было судить о том, что он принадлежал к классу зажиточных крестьян. И вся эта вереница груженых повозок принадлежала тоже ему.
Какой-то толстый мужчина в мокрой от пота майке и широких грязно-зеленых штанах, задрал голову вверх, и громко крикнул извозчику дракопота:
– Эй, Банни, Ты не мог бы пришпорить свою лошадку?! Уж больно медленно она ползёт! Всю улицу перегородила!
Банни улыбнулся, раскачиваясь в своем кресле, в такт размеренного шага дракопота и приветственно махнул рукой, сказав при этом:
– Если я его пришпорю, то все ваши жилища развалятся как карточные домики! Так что, извини! О вас беспокоюсь!
Прохожие весело загоготали, а другой мужчина, невероятно худой и невероятно длинный, нарочито грозно пригрозил кулаком:
– Смотри, чтоб твоё чудище ненароком не наступило на мою любимую хрюшку! Иначе, я его на рагу пущу!
– Подумаешь – свинья! – с деланным безразличием отмахнулся Банни. – Готов поспорить, что если мой дракопот и раздавит парочку, то ты даже не заметишь! Ведь у тебя, их как грязи! Да к тому же, разведение свиней не приносит тебе никакой пользы! Ты как был худым, так худым и останешься!
Народ снова захохотал, а дракопот, тем временем, опустил свою головку к нашим мальчикам и, не сбавляя, шагу, внимательно принялся изучать Фло овальными голубыми глазками. Его кроличьи уши находились в постоянном движений, отгоняя надоедливых мух и паутов. А широкие ноздри с шумом втягивали воздух. Видимо, запах ребят был для него новым.
Фло улыбнулся, и протянул руку, чтоб погладить дракопота по пухлой щеке.
– Смотри, откусит! – прокричал Банни, и весело заржал, увидав, как Фло испуганно шарахнулся к стене, машинально отдергивая руку.
Фло обиженно стрельнул на него взглядом и тихо пробубнил:
– Идиот!
Дракопот утробно ухнул; помотал головой, подняв ураган ветра своими ушами, и продолжил свой величественный неспешный путь.
А мальчики двинулись дальше по улице. Туда, куда тянулся весь народ. Они прошли мимо таверны под названием "Джонтон Зак"; мимо парикмахерской "Фея" и, наконец, вышли к центральной площади с часами, на которой толпилось невероятное множество людей.
Вся площадь была беспорядочно заставлена прилавками, шелковыми шатрами и обычными столами, на которых был разложен всевозможный товар.
– Это ярмарка, – деловито проговорил Шак голосом профессионального экскурсовода.
– Я вижу, – усмехнулся Фло. – Пойдём, посмотрим?
– Но у нас ведь денег нет.
– Ну и что? – махнул рукой Фло и силой потащил Шака сквозь толпу. – Интересно ведь! Когда ты ещё окажешься на настоящей деревенской ярмарке?
Такого разнообразия товаров Фло с Шаком не видели даже в самом большом торговом центре Остана. Здесь можно было найти абсолютно всё, что может понадобиться (и не понадобиться) человеку. Кухонная утварь, домашняя мебель, всевозможная живность, продукты, книги и ещё тысячи всяких всячин. Один карликовый гоблин даже выставил на продажу самый настоящий автомобиль.
Глаза у мальчиков разбегались от изобилия товаров. И, переходя от одного прилавка к другому, они всегда находили, что нибудь интересное. Засмотревшись, Фло даже столкнулся с крепким мужичком, от которого сильно разило пивом и рыбой. Он был сильно пьян, и кое-как держался на ногах. Глаза пьянчуги грозно уставились на Фло, и тот в страхе попятился назад.
– И-извините, – робко пролепетал он.
А мужичёк, сильно пошатываясь, сжал огромный кулак; плюнул на него и, скривив злобную гримасу, замахнулся. Но тут из толпы вынырнула грозного вида женщина в домашнем халате и, схватив мужичка за шиворот грязной рубахи, потащила прочь.
– А ну, пошли, пьянь подзаборная! – ворчала она на ходу. – Нашел на кого замахиваться кулаками! И не стыдно?! На дружков своих, лучше, замахнись! И где только деньги берет, чтоб нажраться?!
Мужик что-то невнятно пробормотал и исчез в толпе.
Фло облегченно вздохнул.
– Смотри, куда идешь-то! – посоветовал Шак, наблюдая за этой сценой со стороны.
– Я на прилавок засмотрелся, – принялся оправдываться Фло. – Там котлы самоварющие продают. Моя мать о таком всю жизнь мечтала.
Дальше ребята пошли более осторожно. Старательно обходили всех, кто попадался по пути. И трезвых и пьяных.
С лева, продавец в остроконечной шляпе, из-под которой торчали грязные белые волосы; с длинными усами, свисающими до самой груди, продавал яркие ковры различных размеров. Он клятвенно утверждал, что все эти ковры три столетия назад принадлежали чёрному принцу Галь Бан Дару с острова Альбдора. В прошлом веке, якобы, его прадед с бандой пиратов контрабандным путем вывез их в Гелион и оставил ему в наследство.
– Я бы ни за что не стал бы продавать эти чудесные ковры, – причитал продавец, дрожащим голосом. – Но мне срочно нужны деньги для эмиграции на остров Крон. Мне там другой прадед оставил ферму с поющими драконами.
Продавец даже умудрился выжать из себя неубедительную скупую слезу.
