Первое же наводнение смело недостроенный дом моего прадеда, не оставив от него не следа. Сам Луч чудом оказался жив. На его счастье, у него закончились гвозди, и в тот день он отправился в Джонтон. Печально конечно. Но мой дед был не из тех, кто сдается при первой же неудачи.
Сообразив, что в обычном доме здесь жить будет невозможно, Луч потратил три с половиной года на то, чтоб выдолбить своё жилище в куске большой скалы. Сам ночевал под открытым небом, а в наводнения отсиживался на верхушках деревьев. И эти годы не прошли даром. Вот уже четвертое поколение Хэч живет в этом каменном жилище, не опасаюсь никаких наводнений.
Радер задумчиво принялся скручивать самокрутку, но, наткнувшись на суровый взгляд жены, решил оставить это занятие на потом.
– Я не понимаю – неужели нельзя переселиться отсюда, куда-нибудь в более спокойное место? – тем временем спросил Шак.
– Можно, конечно, – усмехнулся Радер, и его усмешка была грустной. – Но так уж устроен человек, что он может привыкнуть ко всему. Даже к периодическим наводнениям. И теперь сорваться с насиженного места, где прожили два поколения предков, очень трудно. И даже болезненно. Наводнения уже стали частью нашей жизни. Мой старший сын, Лэр, четыре года назад переселился со своей женой в Джонтон, и очень долго не мог привыкнуть к новому месту. Даже сейчас, когда он к нам приезжает в гости, то говорит, что скучает по этому каменному дому… Думаю, мы уже никогда отсюда не уедем.
Радер разволновался, и всё-таки закурил самокрутку, а Метридорана со вздохом принялась мыть посуду в раковине.
– Значит, это вы развесили лодки на деревьях? – спросил Фло.
Радер улыбнулся и выпустил облако табачного дыма.
– Да. Лет пять назад, мы с Лэром сделали двадцать лодок и развесили их на деревьях по всей долине. Я даже привёз один катер из Айвиона. Обычная мера предосторожности. Мало ли где может настигнуть наводнение. Но, если честно, то мне за эти пять лет так ни разу не пришлось воспользоваться этими лодками – слава Богам. Ты, Фло, первый, кому они пригодились. Приятно осознавать, что наши с Лэром труды были не напрасными.
Шак терпеливо выслушал эти слова, а потом задал вопрос, который на данный момент волновал его больше всего:
– И как долго будет стоять вода в долине?
Радер пожал плечами и потушил недокуренную самокрутку об подсвечник.
– Ну, это как повезёт. В западной стороне кольцевых скал есть расщелина, через которую обычно уходит вся вода из долины. Пропускная способность её не велика, поэтому, думаю, дня через два воды в долине уже не будет. Ещё дней через пять подсохнет грязь…
– Значит, минимум неделя, – перебил его Фло, и сокрушенно покачал головой. – Мы не можем столько ждать!
– Да, – кивнул Радер. – А если расщелина забьётся мусором – ветками, деревьями и прочим – то тогда вода может задержаться на пятнадцать дней. А, как правило, так происходит почти всегда.
Фло с Шаком переглянулись. Заявление Радера вызвало у них замешательство. Услышать такое они ни как не ожидали. Даже неделя была для них непозволительной роскошью. А ждать пол месяца они тем более не могли.
Радер с сочувствием поглядел на мальчиков, и сказал:
– Насколько я понимаю – вы сильно торопитесь. Поэтому я могу предложить вам один выход.
Ребята приготовились внимательно слушать. В глазах у них вспыхнул огонёк надежды.
– До кольцевых скал отсюда примерно три километра. Мне всё равно придётся рано или поздно туда плыть, чтоб проверить расщелину. Возможно, нужно будет её чистить. Так что, могу вас с собой взять.
Шак расплылся в улыбке:
– Да, да, пожалуйста! Мы очень спешим, и не хотим обременять вашу жизнь своим присутствием!
Радер фыркнул:
– Да вы вовсе и не обременяете. Это даже здорово: в доме гости. Хоть какое-то разнообразие. Ну а если вы действительно торопитесь, то тогда собирайтесь. Я приготовлю лодку, соберу инструменты, и, минут через десять жду вас на крыше.
Уже через восемь минут все четверо стояли на крыше каменного дома, который со всех сторон окружала желтая водная гладь, источающая неприятный запах серы.
Это была очень странная и необычная картина. Над мутной поверхностью воды вздымались могучие и невозмутимые стволы ферзалов. Тут же плавали не устоявшие их собратья. И казалось, что вода – это их родная стихия.
К водосточной трубе было привязано две лодки. Одна маленькая, на которой приплыл Фло, а другая большая, словно катер. Ей пользовался сам Радер. И именно в неё все трое и погрузились. А через пол часа, ребята ступили на твёрдую каменную почву скал.
Радер привязал лодку к одному из кустов шиповника, которые в большом количестве росли сквозь камни, и огляделся вокруг. Он нашел то, что искал, и покачал головой.
– Я так и знал, – вздохнул он, вытаскивая из лодки топор невероятных размеров и пилу. – Трещину, все-таки, забило.
