Но тот так и не смог показать того, что он делает с маленькими волшебниками. Его остановил спокойный, холодный, вселяющий ужас, голос со стороны входной двери:
– Не трогай парня.
Фло удивленно открыл глаза и увидал в дверном проеме странного темного человека, высокого роста. Он был во всем черном. Длинный черный кожаный плащ; сверкающие хромом черные сапоги; черные перчатки, туго обтягивающие сжатые в кулак руки, а на голове черная шляпа с широкими полями и островерхим колпаком. Поля шляпы свисали на лицо, бросая тень, от чего и лицо незнакомца казалось тоже черным. И было в этом человеке что-то величественное и повелевающее.
Все взгляды теперь были обращены к этому человеку. Человеку, который осмелился что-то возражать самому Брею. На лицах людей читался немой ужас и полное недоумение.
"А это еще кто такой", – подумал Фло, не веря тому, что до сих пор живой.
Этот же вопрос, только вслух, задал и Брей, выпрямившись и повернувшись к незнакомцу. Пожалуй, он был единственным в таверне, на кого внешний вид темного человека не произвел никакого впечатления.
– Не важно – кто я, – все тем же ледяным голосом произнес незнакомец, не двигаясь с места. – Лично для, тебя я самое кошмарное видение.
Брей тихо усмехнулся и потер ладонью щетинистый подбородок.
– Знаешь что, "кошмарное видение!", – проговорил он, с легкостью вытаскивая свой нож из стола. – Убирался бы ты отсюда, по добру, по здорову. А иначе…
– Что – "иначе"? – невозмутимо перебил его незнакомец.
– А вот что! – вскрикнул Брей, и метнул свой нож. Острое лезвие со звоном вонзилось в дверь всего в нескольких миллиметрах от левого уха темного человека. Но тот даже не вздрогнул.
Брей нервно хохотнул. Видимо, уверенность в себя медленно покидала его.
– Крепкие нервы, – хрипло пробормотал он.
– Не жалуюсь.
– Ну что ж. У нас в родове все тоже не из робкого десятка были. И я не исключение.
– Да, да, – недоверчиво махнул рукой человек. – Наслышан я подвигами твоих предков. Мне рассказывали, как твой "храбрый" прадед Дик, хладнокровно визжал от ужаса, когда пираты Северных морей вешали его на мачте свой шхуны.
Брей как-то тоскливо крякнул, и глаза его забегали из стороны в сторону. Видимо, все это было правдой.
– А тому, как невозмутимо твой отец убегал от Шегидорских ведьм, можно только позавидовать, – продолжил незнакомец с насмешкой.
Это взбесило Брея. Он дико взревел и невероятно ловко для пьяного человека, подхватил с пола ружье, отшвырнув при этом опрокинутый стул в дальний угол таверны. Направив ствол в сторону наглого незнакомца, он прохрипел:
– Сейчас ты так же невозмутимо будешь умолять меня о пощаде!
И взвел один затвор.
– А может, хладнокровно убежишь.
Сухо щелкнул второй затвор.
Но темный человек не убежал. И даже не пошевелился. Он вызывающе скрестил руки на груди, и лишь было слышно его тихий смех.
– Не веришь, что я выстрелю?! – спросил Брей и, не дожидаясь ответа, нажал на курок.
Раздался громкий выстрел, и по таверне прокатились тихие вздохи. Танцовщицы на сцене взвизгнули в один голос, а пианист сорвался со своего стула, и попытался забиться в узкую щель между пианино и стеной. Как не странно – ему это удалось.
В деревянной двери таверны в мгновение ока образовалось десятка два мелких отверстий, а от косяка отлетело несколько мелких щепок. Но незнакомца там уже не было.
Брей в недоумении уставился на дверь сквозь сизое облако порохового дыма, а потом расхохотался:
– Все-таки, убежал! "Кошмарное видение с железными нервами" смоталось!
Фло подумал точно так же и приготовился к тому, что стрелять сейчас будут в него.
Но холодный голос прозвучал вновь:
– Я здесь.
Фло повернул голову и не поверил своим глазам. Темный человек стоял рядом с пианино, целый и невредимый.
Брей резко обернулся, выставив перед собой ружье, от чего половина народу в таверне с испуганными криками повалились на пол.
– Дак ты тоже волшебник?! – свирепо прокричал он и прицелился.
Танцовщицы на сцене завопили от ужаса и скрылись за занавесом.
Прозвучал второй выстрел, и одновременно с ним жалобно зазвенело пианино. В его передней части появилась огромная дыра, оголив ровные ряды струн. А откуда-то из-за стены послышался тихий вой самого пианиста.
Звонкий, нарастающий смех незнакомца раздался уже от бара. Он стоял всего в трех метрах от взбесившегося Брея, нахально облокотившись локтем об стойку.
Брей вновь повернулся. Его трясло от гнева и страха. По лицу катились крупные капли пота. Он переломил ружье и вытряхнул на пол отстрелянные гильзы.
– Играть со мной вздумал? – проворчал он и из нагрудного кармана достал новые патроны. Но дрожащая рука никак не хотела запихивать их в стволы. – Что ж, давай, поиграем! Я буду стрелять, а ты ловко прыгать!
Брей, наконец-то загнал патроны на место и защелкнул ружье. Два его дрожащих дула снова уткнулись в сторону темного человека. Глаза Мэлин, которая стояла как раз за спиной незнакомца, расширились от ужаса. Если этот фокусник вновь исчезнет, то весь заряд дроби получит она.
Незнакомец кивнул головой в сторону Мэлин и безразлично проговорил:
– Дочурку-то пристрелишь.
