– Пойдем. Может быть, попадется удобное место для ночлега.
Место для ночлега нашлось через пол часа. И оказалось оно просто великолепным. Лучше могла быть только палатка.
Недалеко от дороги, в неглубокой канаве, что тянулась вдоль леса, лежала опрокинутая на бок повозка, обтянутая брезентом. С того времени, как она перевернулась, прошло немало времени, о чем говорили покрытые мхом деревянные борта, сгнившие спицы колес и местами прохудившийся брезент. Но это ничуть не смутило уставших странников. Хотя истлевшие останки двух ездовых драконов и внушали некоторый трепет, все-таки, усталость взяла верх над страхом.
Наскоро разложив костер из ободов колес, ребята разогрели консервы, поели и завалились спать. А потом Мелин еще долго рассказывала интересные факты из своей нелегкой жизни уснувшим ребятам.
На следующий день, часам к четырем, Фло Шак и Мелин вошли в небольшую портовую деревушку, насчитывающую не более двадцати каменных домов. Со стороны озера, которое, на сколько хватало глаз, раскинулось впереди, дул сильный северо-западный ветер, поднимая клубы дорожной пыли и прибрежного песка. Небо затянулось хмурыми свинцовыми облаками, обещая ближе к вечеру пролиться на землю проливным дождем.
Пристани, как таковой не было. Вдоль берега расположилось с десяток деревянных пандусов с ручными погрузочными лебедками и конвейерами. И лишь у трех из них покачивались на волнах катера.
Для катеров, эти посудины были довольно большими, и их вполне можно было назвать кораблями средней величины. Неказистые, с обшарпанной краской и повсеместной ржавчиной, они не внушали никакого доверия. В Останском порту Фло с Шаком видели корабли куда больше и красивее, и поэтому эти три посудины не вызвали у них никакого интереса. В отличие от Мелин, которой сравнивать было не с чем. Она заворожено глядела на помятые борта катеров и мечтательно улыбалась.
– Всю жизнь мечтала отправиться в плаванье! – сообщила она.
– Ну, что ж, – пожал плечами Шак, оглядывая прибрежную линию, забитую повозками и людьми. Только сейчас до него дошла одна вещь, о которой они вчера просто не подумали. Ребятам могло просто не хватить места на катерах. – Осуществится твоя мечта, или нет, зависит только от тебя самой. От твоего умения уговаривать людей.
Но небольшому трапу, путешественники поднялись на борт первого катера. На его носу, облокотившись на железные перила, стоял его хозяин с длинными рыжими волосами и длинными (аж до самого пояса) усами. Он задумчиво и мрачно глядел на дождевые облака, и чесал жирное пузо, вываливающееся из-под грязной майки.
Он запросил с ребят по пятнадцать баясов и сразу предупредил, что торговаться, не намерен.
– Первый блин комом, – виновато пожала плечами Мелин, когда они направлялись к другому катеру, с ярко-зеленой надписью "Гредон" на ржавом борту.
– Если все твои блины окажутся комом, то через пустыню мы голодные пойдем! – предупредил Шак.
На "Гредоне", как выяснилось, не было мест. Старый одноглазый гоблин – хозяин судна – говорил, что он рад бы был их взять, но некуда.
– Пришли бы вы часа на три пораньше… – причитал он, хлопая толстыми губами, но ребята не стали его слушать. С нехорошим чувством и тревогой в сердце, они подошли к последнему катеру. Самому маленькому, но зато с гордым названием "Победа".
И тут удача улыбнулась им. Мелин даже не пришлось демонстрировать свое умение торговаться. Огромный загорелый мужчина, чем-то похожий на Радера, на вид – самый настоящий моряк, брезгливо смерил странников взглядом. А на вопрос Мелин "Сколько будет стоить переправа на другой берег", басом проговорил:
– В каюте – двадцать баясов; на палубе – семь. За повозки и драконов беру по пятнадцать.
– На палубе! – тут же выпалил Шак, словно опасался, что моряк передумает. – А драконов у нас нет!
Великан снова смерил их взглядом, и спросил:
– А не боитесь?
– Чего?
Капитан многозначительно поглядел на облака, которые постепенно превращались в чёрные тучи, и сообщил:
– Триагонские шторма славятся своей свирепостью. И, судя по всему, один из таких собирается сегодня выйти на прогулку.
Фло Шак и Мелин переглянулись и в один голос ответили:
– Не боимся.
Великан криво усмехнулся и протянул огромную ладонь, в которой любой из ребят мог разместиться как в кресле. Шак с недоумением уставился на неё и осторожно спросил:
– Что?
– Деньги давай! – рявкнул капитан. – За бесплатно не вожу никого!
Шак вздрогнул и поспешно отсчитал двадцать один баяс самыми мелкими монетами. Великан недовольно глянул на гору мелочи и запихал ее глубоко в карман штанов. Развернувшись, он направился к рубке, ворчливо бросив через плече:
– Копилку, что ли, разбил!?… Располагайтесь. Отплываем через час.
Ребята некоторое время стояли на трапе, оглушенные такой негостеприимностью, а потом Фло обиженно изрек:
– Неприятный тип! Мог бы и повежливее относиться к своим пассажирам! Так он вообще без клиентов останется!
Мелин с ним согласилась, а Шак добавил:
– Ну, он, хотя бы, согласился взять нас на борт. И совсем не дорого, к тому же!
