Ветер стал усиливаться. Мафи увидела, что тушканиху сносит в сторону, бросилась за Перлой и схватила ее зубами за шкирку. Марсия ощутила, как ее отрывает от земли, вцепилась лапами в большой булыжник и закричала:
– Держитесь за камни!
Ветер задул с бешеной силий. Норетте стало невероятно страшно. Она видела, как задние лапы Мафи и Марсии поднимаются в воздух, почувствовала, что ее саму подбрасывает, поняла, что вскоре опять окажется в подземелье на куче гнилой соломы, испытала неописуемый ужас и закричала:
– Лина! Помоги мне! Мамочка, услышь меня! Мама, я люблю тебя больше всех на свете. Прости меня за все! Прости, мама, прости!
Затем Норетта закрыла глаза и приготовилась к самому худшему.
Неожиданно ветер стал тише. Норетта осторожно открыла один глаз и увидела вдалеке тонкий луч света, пронзающий сгустившийся вокруг мрак. Потом до слуха Норетты долетели протяжные звуки, они становились все громче, громче, сложились в песню. Невидимый хор слаженно выводил:
Норетта открыла второй глаз и одновременно разинула пасть.
– Они! – закричала Мафи. – Они! Они идут!
– Черчиль! – завопила Марсия. – Только он так ужасно фальшивит в общем хоре.
– Феня! – обрадовалась Мафи. – И Зефирка…
Песня загремела еще громче:
Из-за поворота дороги, которая змеилась за закрытыми решетчатыми воротами, появилась колонна обитателей Прекрасной Долины. Впереди с огромным барабаном в руках несся Черчиль, рядом с мужем бежала в обнимку со сверкающей трубой Феня, за ними со скрипкой в лапах следовала Куки. Послышалось громкое сопение, к воротам подъехал рояль, его катили Зефирка, белка Матильда и все двенадцать ее бельчат. Следом появилась мопсиха Жози, французские бульдоги Мози и Роки, они тащили арфы. А потом перед пленниками Малума предстала огромная толпа с колокольчиками в лапах.
Здесь были все-все-все! Мопсиха Кетти, чихуахуа Фифи, пудель Никки, колли Чак, йорк Винсент, дог Берримор, коты Василий, Тим, Мурзик, Барсик, овчарка Ким, бульдог Яша. Все-все-все!
Черчиль высоко поднял барабанные палочки. Стало очень тихо. Откуда ни возьмись вышел двортерьер Дик, он поставил пюпитр и положил на него ноты. Толпа расступилась. По образовавшемуся широкому проходу прошествовал кот Сан Саныч с дирижерской палочкой в лапах и встал спиной к запертым воротам. К ним медленной, торжественной поступью приблизилась Капитолина, одетая в роскошное, алое, бархатное платье. На мопсихе ярким светом горели все ее лучшие украшения.
Ветер окончательно стих, пропали все звуки. От первого ряда колонны отделились пуделихи Черри и Люка, двортерьер Снапик, шарпей Лучик, хомячок Кузя, кошки Мурзик и Клеопатра и выстроились полукругом.
– Освободительная песня, – хором продекламировали они, – Прогонительная зло Оратория!
Черчиль ударил в барабан, Феня затрубила, Зефирка начала бегать лапами по клавишам рояля, запели скрипки, зарыдали арфы, загудели контрабасы, защебетали флейты, зазвенели колокольчики. Черные тучи на небе неожиданно разбежались в стороны, луч света упал на диадему на голове Капитолины, отразился от камней, заискрился, стал невозможно ярким. Мопсиха в алом бархатном платье прижала лапки к груди и громко запела:
Хор закрыл глаза, начал покачиваться в такт музыке и присоединился к солистке.
– Победить меня нельзя! – мощно в один голос запела вся толпа. – У меня есть семья, у меня есть друзья! Победить меня нельзя!
За спиной Мафи, Норетты, Перлы, Марсии и Антона раздался грохот. Пленники обернулись. Над пустырем, где раньше стояли каменные фигуры, вздымалось облако серой пыли, тут и там виднелись горы разбитых камней, а в сторону ворот с громким, радостным плачем бежали пудель Рауль, кошка Бетти и другие освобожденные пленники.
Мафи ощутила, как кролик ворочается в сумке, и закричала:
– Тоша! Ты можешь двигаться!
– Да, – прокряхтел Антон, спрыгивая на землю, – как же мне надоело лежать неподвижно.
Мафи обняла приятеля.
– А уж как мне надоело тебя на спине таскать!
Снова раздался оглушительный грохот.
