И это окончательно вывел его из себя! Долго копившееся раздражение, которое не удалось снять даже расстреляв беззащитную стену в подземелье, наконец-то нашло повод выплеснутся наружу.
– Да пошел ты, – бросив работу и обернувшись к чтецу, прошипел сержант. – Думаешь, только тебе одному тошно от всего этого? Думаешь, я просто пивом мочусь от восторга? Может, это ты отдавал приказы, ты смотрел в глаза тех детей, ты… – поддавшись столь нехарактерному для себя импульсу, Дани резко шагнул вперед, схватил оторопевшего разведчика за чуть выступающие пластины брони у основания шеи, и притянул почти вплотную к себе. – Это ты будешь видеть их лица? Ты будешь искать оправданья? А что насчет ребят, кто остался там? – он мотнул головой в сторону разрушенного входа в комплекс. – Я ведь даже имен их запомнить не успел, Толик…
– Эй, успокойся Ди, – Китен стряхнул вцепившиеся в него ладони и опасливо огляделся по сторонам: не видит ли кто, посторонний? – Возьми себя в руки, беса тебе в койку, Павилос! Успокойся…
– Не могу, – почти прокричал сержант. – С той самой поляны, не могу! Что-то сломалось во мне Толик, понимаешь? – Дани уронил руки и весь съёжился.
– Успокойся, – мягко, как-то даже нежно повторил разведчик, хлопнув сержанта по плечу. – Всё пройдёт. Тебе просто нужно немного времени. Вернемся домой, выпьем, я познакомлю тебя с одной пригожей бабой, такой, знаешь, с огоньком и во-от та-акими сиськами, – для наглядности, он развел руки и ухмыльнулся. – С ней ты быстренько позабудешь обо всё на свете! Клянусь, не будь я Проныра!
– Да, – каким-то придушенным голосом, отозвался Павилос. – Ты прав. Пора домой…
Вернувшись к стинеру, сержант поудобней усадил Безымянного на сиденье, зафиксировал бесчувственное тело ремнями безопасности, после чего с неожиданной для самого себя сноровкой взобрался на место пилота. Кивнув Толику на стоящий по соседству "гонщик", он подсоединил нейронный интерфейс и активировал силовую установку.
– Вот и всё, – прошептал он, глядя вперед, в ожидании, пока его старый друг залезет на сиденье стинера. – Всё что осталось на сегодня – дорога. Дорога к дому…
