– Это вполне естественно, – немного помолчав, пояснил он. – Совет Храма не делился этими сведениями, что, учитывая все обстоятельства, казалось отнюдь не лишним. Конечно, они не делали из возведения нового монастыря тайны: скрыть от "взыскующих" сам факт строительства нового комплекса невозможно, даже и пытаться бессмысленно. Совет лишь чуть подправил "пояснительный лист", отправленный в Патриархат филиала Каджимо вместе с заявкой на строительство. "Изучение необычных форм жизни и их взаимодействие со средой обитания" – вот что являлось целью исследования нового монастыря. Каджимиты не возражали. Они даже выделили пару "фомар" для взращивания комплекса. Глубоко в джунглях центрального Каджимо, в сотнях миль от ближайшей цитадели, у подножия одной из гор Каграйского хребта, неподалеку от места, откуда берет своё начало Чаркобато, был выращен монастырь-техниарий. Документы погибших техников, хранившиеся до этого в разных монастырях, небольшими – дабы не привлечь внимания Конфедерации – партиями, в условиях строжайшей секретности, переправлялись в техниарий, и там немногочисленные избранные из числа рыцарей приступили к изучению наследия погибших техников. Годы ушли просто на систематизацию архивов, и лишь затем пришел черед собственно содержанию. Храмовники скрупулезно изучали документ за документом, постепенно восстанавливая целостную картину событий, и чем больше они узнавали тем отчетливее делалось осознание, какой потерей стало для мира истребление техников. Через пятьдесят, примерно, лет после основания техниария его настоятелем стал человек по имени Сати`мо на`Квай. Мудрый, образованный, расчетливый – он первым предложил на Совет Храма идею о воскрешении техников. Он предложил попытаться воссоздать науку, возродить сам народ, используя наработки, имевшиеся уже к тому времени в его монастыре. Совет, как и следовало ожидать, отказал. Слишком велик был страх перед Конфедерацией, слишком жива память о том, что ждет непокорных! Но Сати`мо не сдался: после официального отказа он собрал небольшую группу последователей и… просто исчез, предварительно разрушив до основания техниарий. Всё было проделано мастерски. Никто так и не догадался о бегстве бывшего рыцаря и его соратников, в Совете сочли, что техниарий стал жертвой набега одной из банд, коими, по слухам, кишели тамошние джунгли. Так началось возрождение нашего народа. Сати`мо повел своих последователей на север, к месту, известному как "Звезда Коо" – потаенной лаборатории, сокрытой в сердце Урастайских гор, и именно там было основано первое поселение людей, ставших впоследствии новыми техниками. Так завершается история.
– То есть, – от потрясения Безымянный даже не сразу нашелся что сказать, – ты бывший храмовник? Рыцарь?
– Я? Нет, – Ви`ател чуть улыбнулся и отрицательно покачал головой. – Я принадлежу к третьему поколению и был рожден уже в лабораториях людьми, не прошедшими ещё даже первичной трансформации. Обычными людьми! В сущности, если говорить совсем откровенно, – меланхолично заключил техник, – большинство из нас на данной степени развития нашего сообщества мало чем отличается от остальных представителей людских рас.
– За исключением того, что вы не люди, – холодно возразил Безымянный.
– Мы люди в куда большей степени, чем вы полагаете. Больше, чем, к примеру, ваши драгоценные симбиоты.
– Они не мои. Да и при чем здесь симбиоты? – недоуменно пожал плечами человек. – Они же обычные коны! Ничем от других не отличаются. Их тела точно такие же, как и у всех прочих, и они не стремятся превратить себя в механических монстров…
– Конечно, нет, – улыбка техника медленно превращалась из отрешенной в ехидную, на лице появилось презрительно-озлобленное выражение. – Ведь они уже являются монстрами. Или, по-вашему, растворение, слияние собственного разума, собственного "я" в плоти симба является чем-то иным? Вы, коны, видите только внешнее, воспринимаете это надругательство над жизнью как обычных, вам подобных людей только потому, что эти твари похожи на вас: выглядят как вы, ходят, как вы, говорят, как вы… Но они не люди в душе своей!
Последние слова Ви`ател выкрикнул с непередаваемой злостью. Он вскочил на ноги и заметался, будто загнанный в клетку хищник, зверь, заключенный в темницу, чьи прутья – кровоточащая ненавистью и обидой душа. Четыре шага вперед, четыре шага назад, стремительно, яростно, бесцельно. Безымянный с удивлением наблюдал за торопливыми, сумбурными движениями спутника, недоумевая: что, собственно, явилось причиной этой вспышки гнева?
– Впрочем, всё это совершенно не важно, – остановившись и успокоившись так же внезапно, как и разозлившись, проговорил вдруг Ви`ател. – На данный момент важна лишь та миссия, что привела вас к нам. И то испытание, что ожидает вас!
