– Пожалуйста, – длиннопалая, изящная ладонь легла на руку Безымянного, сжимающего занесенный над головой дрожащего монстра меч. Он не заметил, как А`Ани появилась в комнате, когда успела приблизиться к нему. Тихое, размеренное дыхание женщины прошлось по его щеке, волнуя кровь куда больше, чем вид побежденного врага. – Прошу вас, остановитесь.
– Но вы же сами… – голос сорвался на полупридушенный хрип, причиной которого стали вовсе не усталость или перенапряжение. – Только один выйдет отсюда…
– Для него, – женщина опустила вторую ладонь на голову тихонько поскуливавшей твари – и, о диво, та немедленно успокоилась, как собака, почувствовавшая уверенную руку хозяина. – Это единственное условие для него. Он не может иначе. Но вы можете…
– А
– Нет, – тихо отозвалась А`Ани. – Но ведь вы не
Женщина провела рукой по морщинистой щеке монстра и в глазах существа на миг проступило какое-то очень человеческое чувство… Узнавание? Боль? Безымянный так и не смог понять, что это было: тень разума исчезла из блеклых, оплывших жиром глаз так же внезапно, как и появилась.
– Шай`тару эво де смати, лэ`эгу да чтавни`ам Йо`Ван, лэ`эгу да чтавни`ам. Он не понимает общий язык, – женщина обернулась к Безымянному. – Теперь, – она сделала особое ударение на этом слове, – раньше было иначе…
– Хотите сказать, что эта тварь раньше понимала общий язык? – всё ещё держа меч занесенным над головой монстра, поинтересовался Безымянный. Про себя же он и мысли не допускал, что подобная образина способна воспринимать хоть какой-то язык. Животное, зверь, выведенный с одной целью: грызть и рвать в клочья любого, на кого укажет хозяин!
– Раньше он не был бессловесной, лишенной разума тварью, – А`Ани поднялась с колен и, церемониально поклонившись человеку, произнесла: – Позвольте представить вам, лейн Александер, основателя и до недавнего времени главу нашего клана, Второго Сподвижника и возлюбленного ученика, благословленного самим Сати`мо на`Квайем, высокочтимого Йо`Ванна та`ас Сикуро.
Меч дрогнул. Совсем чуть-чуть. Человек! До недавнего времени ЭТО было человеком! Огонь и Тьма, кем же надо быть, чтобы превратить своего собственного собрата в нечто подобное?! Безумие! И он согласился работать на этих… этих… этих чудовищ! Монстров, в тысячу раз более страшных, чем та бессловесная тварь, что сейчас корчилась у его ног. Меч растаял. Безымянный развоплотил нанитовое оружие – в нем нет больше нужды. Он передумал убивать своего недавнего противника. Хотя по горлу стоявшей рядом с ним женщины он прошелся бы клинком с немалым удовольствием – это была ещё одна причина, почему он позволил мечу вернуться в накопитель. Зачем искушать себя?
– Спасибо, – едва слышно прошептала женщина.
– За что? – Безымянный отвернулся.
– За проявленное сострадание. Вы имели полное право нанести "вэни то дару" – завершающий удар милосердия, как вы говорите.
