— С другой стороны, — неожиданно улыбнувшись и расправив плечи, проговорил Гаргарон, — я перевидал немало народу и научился понимать в них. Ты не подсыл, — выдал он свой приговор после недолгого размышления. — Скорее всего, ты действительно ищешь работу, и я могу тебе предложить пару контрактов из тех, что посерьезней. Но послушай мой совет: не лезь ты, парень, в это болото. Я же вижу: твоя душа ещё не очерствела, не извелась. Иди лучше в какой-нибудь клан. Не гневи Предвечного, не связывайся ты с той поганью, что у нас обретается.
— Благодарю за совет, — искренне ответил Безымянный, — и думаю, что так и поступлю. Но для начала мне всё же нужны деньги. И я надеюсь их раздобыть с твоей помощью, но если ты не хочешь…
— Да ладно тебе, — махнул рукой Гаргарон, — не кипятись! Чего-нибудь мы тебе подберём, из того, что почище. Например, есть у меня одно дельце на примете, не особо пыльное…
— Нет, — возразил Безымянный. — Мне нужен «куш».
— Ты серьезно? — удивленно проговорил хоттолен.
Безымянный молча кивнул.
— Нда, парень, — ошеломленно протянул Гаргарон после весьма продолжительного молчания. — Не зря говорят, что вы, коны, все на голову больные. Вы только подумайте: без году неделя как из-за Барьера выбрался, а опять туда же лезет. Чего, так не терпится живой шкурой на сковородку улечься? Ну да ладно. Удивил ты меня, парень, право слово, удивил! Ну так и я тебя удивлю, слушай: есть один такой заказ. Особый! — заговорщицки понизив голос, прошептал Гаргарон. — Да вот не знаю, в силе ли он ещё? Уж с полгода прошло, как его доставили. С другой стороны, — хоттолен развёл руками, — отказа тоже не было. Так что, может, и срастется у тебя что-нибудь. Только…
Гигант, потупился и принялся выстукивать пальцами нервную, лишенную всякого ритма дробь по столу, будто обдумывая — а стоит ли продолжать? Наконец он решился:
— Знаешь, приятель, я тебе врать не стану, мне — если найду подходящего человека — обещан неплохой навар! Вот только, видит Предвечный, не советовал бы я тебе браться за это дело. Мутное оно, гнильцой за версту отдаёт, почище, чем на болотах у Камня, так-то! Нюхом чую — гибельное оно, это дельце, а мой нюх меня ещё ни разу не подводил, верю ему — оттого и брожу ещё по свету!
— И в чем оно заключается? — подчеркнуто ровным голосом спросил Безымянный.
— Не знаю, — нахмурившись и потерев впадину меж бровей своим больше похожим на сардельку пальцем, пробасил хотоллен. — То-то и оно — не знаю! И от кого заказ пришел — тоже. А это уж вообще ни в какие ворота! Значит, так, давай я тебе выложу все как есть, а уж ты сам решай — что к чему. Было это, как я и сказал, с полгода назад, как раз перед первым снегопадом, пришел ко мне паренёк один — Филином кличут, а как его на самом деле зовут — не знаю, да и не надо оно мне! Филин обычно на всяких странных — тех, что не особо любят на глазах мельтешить, на Чёрных, хымыков, иногда на Серых Подземщиков, — в общем, на тех, кто вне закона на большой земле, работает. Заказы их по хоттолам разносит, выполняет мелкие поручения — прихлёба, одним словом. Но сам он не из них, просто надо ж как-то парню на хлеб зарабатывать! Ну вот, пришел он и говорит: «Есть дело». А сам трясётся весь и по сторонам зыркает, будто боится чего… Знаешь, он мне иногда такие заказы передавал — кровь стынет! — но ни разу я его таким не видал, он только что зубами не щелкал от страха и не подвывал… Во-от, сказал он, что есть дело, и раз — руку в карман. Достаёт какую-то тряпочку и протягивает мне. Я ему: «На кой она мне сдалась, мол»? А он: «Внутрь глянь!» Разворачиваю, а там… Погоди!
Гигант резво вскочил на ноги и направился к двери.
— Я сейчас, — бросил он уж откуда-то из коридора. — Погоди!
И впрямь, не успел ещё Безымянный как следует приступить к трапезе, а Гаргарон уже возник на пороге комнаты. Быстро приблизившись к столу и опустившись на стул, встретивший его седалище протяжным скрипом, он, через столешницу, протянул сжатую в кулак руку к путнику и раскрыл ладонь.
— Какая прелесть! — воскликнул Ноби со своего насеста.
Отставив кувшин в сторону, бесенок спрыгнул со шкафа и подлетел к собеседникам. Не спрашивая разрешения, он схватил небольшой, отливающий зеленью камень с ладони хотолена и принялся придирчиво его изучать, то поднося вплотную к глазам, то отводя на вытянутой лапке!
— Шаденские копи, — спустя короткое время безапелляционным тоном заявил он. — Скорее всего, северные выработки. А вот огранка, без сомнения, мастеров из Чина, думаю, юго-западные провинции, Кой-ли или может Маше-хен! Видите, становая грань в шестнадцать углов — это их цеховой знак.
Прекрасный изумруд, преломляя и отражая свет каждой из бесчисленных граней, против воли приковывал взгляды, манил, пробуждая в сердце желание обладать. Ярко-оранжевые глаза бесенка на миг вспыхнули тем же зеленоватым сиянием, что и у камня, а губы сложились в весьма хитрую улыбку, не предвещавшую ничего хорошего.
