Он уже убегал, вероятно, опознав во мне сильного соперника. Ему не хватило лишь нескольких секунд, чтобы бесшумно исчезнуть из моей жизни. Ему пришлось исчезнуть чуть позже, хотя, в общем, шума всё же было мало. Этот обитатель глубин оказался менее крупный, нежели предыдущий, а через несколько секунд беглого осмотра выяснилось, что это был не он, а она.
— И зачем тебе была нужна её смерть, мастер?
Я повернулся к жрице, но ответа у меня не было. Это был просто дикий первобытный порыв, который я не мог, да и не хотел объяснять. Я издал невнятный раздражённый звук и пошёл на дальнейшие поиски выхода к вожделенному свету. Элати ничего не оставалось, как двинуться вслед за мной.
Последующие часы не принесли никаких сюрпризов, всё те же каменные стены, всё та же обволакивающая со всех сторон тьма, всё то же тревожное дыхание ангела за спиной. Дорогу слегка скрашивали несколько, выходящих из основной пещеры туннелей. К сожалению, они быстро заканчивались обрекающими тупиками, благо идти до этого знания приходилось недолго. Хорошо ещё, что никакого, пробирающего насквозь шипения мы больше не слышали. Однако и особого оптимизма никто из нас уже привычно не испытывал.
Шли мы долго, возможно около дня и, наконец, оказались там, где начали, у самого входа в эту уже не раз проклятую пещеру. Эта новость окончательно вогнала меня в тоску, и я решил остановиться на ночлег. Спасибо леди, она молчала, иначе бы я мог сорваться вновь. Впрочем, и молчание её было довольно красноречиво.
— И всё же, мастер, — минут через двадцать моя спутница всё же решилась прервать явно затянувшееся молчание, — мы прошли эту пещеру по кругу, а выхода из неё так и не увидели. Быть может, всё же будет оправданно повернуть назад?
— Нет, леди, выход есть, — я доподлинно знал это. — Когда я был здесь в прошлый раз, мы старались очень тщательно проверить все эти тёмные дороги, и я стоял на пороге этого места, в двух разных точках. И если этого второго входа нет в стенах пещеры, значит, он находится в её основании. Завтра мы пойдём по спирали к центру и, клянусь Великим Пламенем, я найду эту дыру. Через несколько дней мы вновь окажемся на поверхности и увидим, что делается дальше восьми шагов от нас.
— Опомнись, дьявол, — Элати снова начала заводиться, — как мы отыщем эту грешную дыру в полной темноте, на такой огромной территории. И не забывай о наших новых знакомых, которые наверняка не слишком рады убийству их сородичей. А они ведь даже не проявляли никакой враждебности.
Слова ангела в целом отражали и мои собственные мысли. Я в полной мере осознавал, какая это авантюра, и, что гораздо более приемлемый вариант повернуть назад и обойти эти уже по горло надоевшие горы, пусть это и займёт крайне немало времени. Но повернуть я уже не мог. Во мне в полный рост встал Мастер Дорог. Это был открытый вызов моим способностям. Неизведанное, ненайденное влекло меня, как будто я только получил из рук Магистра ритуальный посох мастера. И сейчас мне было наплевать и на заказ, и на ангела, и на всех этих роящихся во тьме тварей. Был только я и путь, путь который я пока не нашёл, но который звал и дразнил меня. И я был готов поставить на кон всё, чтобы пройти его до конца.
— Там дует, крылатая, — леди недоумённо посмотрела на меня. Я поспешил пояснить. — Около выхода, там сильный сквозняк, за полтысячи шагов почувствуем, — я подмигнул ей. — Не печалься, светлоликая, с тобой Хозяин Пути, а значит, мы пройдём везде, где есть дороги. А если есть ещё такие места, где дорог нет, то там я их создам.
На лице Элати появилась слабая улыбка, я усмехнулся в ответ. К сожалению, про этот благословенный сквозняк я ей солгал, не усомнившись ни на миг. А надо признать, пришлось бы очень кстати.
— В таком случае отдохни, мастер, я подежурю первая, — на отказ от этого щедрого предложения у меня не было ни сил, ни, что более существенно, желания.
Сон мой был спокоен, но, увы, ужасно краток, казалось, жрица растолкала меня уже через несколько минут. Несколько томительных часов я сидел наедине с темнотой и своими мыслями, которые по большей части также находились в не самом светлом месте. Но решение было принято, и отступать я не то чтобы не привык, но не очень любил. С неприкрытым удовольствием я разбудил Элати несколько раньше, чем планировалось, и выдал ей второй и последний кусок светящейся лавы. Немного и невкусно перекусив, мы двинулись в заключительный, как я надеялся, этап путешествия по Незримому пути.
Тихий стук сапог о камни сливался в мерный убаюкивающий ритм. Это, да ещё наше дыхание были единственными звуками в этой чёрной пустоте. Дополнительный светильник особых надежд не прибавил, но и лишним, отнюдь, не оказался. Всё-таки, когда у тебя только один кусок хлеба, второй кажется почти роскошью. Я мало что в этой жизни искал с такой скрупулезностью и с таким азартом, как этот пропавший во тьме выход. Ни одна мелочь, которая могла хотя бы случайно помочь, не оставалась без моего самого пристального внимания.
