Мы же в эти часы мало общались друг с другом, всё было уже давно сказано, все знали, что делать, все понимали, что край совсем рядом. В эти минуты каждый хотел побыть наедине с самим собой, кто-то точил оружие, кто-то курил трубку, а кто-то просто смотрел в даль, размышляя, где же конец его собственного пути.
Под вечер войско неба снова пришло в движение, заревели трубы, донеслись воинственные крики. Я устало вздохнул, эта глупая война уже вымотала меня до конца, а прошло всего-то несколько отвернувшихся дней. Я оглянулся — остальные выглядели не лучше. Но надо было стоять — Орден дал слово. И всё же, как мне сейчас не доставало стен родного замка и тихого плача с вод Багрового озера.
Я с сожалением заметил, что на этот раз небесное командование придумало что-то новое и явно не слишком доброе. От основной армии отделились около тысячи ангелов на грозно взрывающих пыль единорогах. Чуть выждав, они стремительно поскакали в нашу сторону. Всё бы ничего, но Пути всадников обладали странным голубоватым свечением. И работать с этими Путями оказалось на несколько порядков сложнее, чем с обычными. Причём не только с Путями всадников, но также и их, забытых огнём, единорогов. Даже мне — Хозяину Пути пришлось приложить огромные усилия, чтобы свалить лишь нескольких из них, после чего я с грустью подумал об успехах остальных.
И всё же они падали, но медленно, слишком медленно. Это были Жрецы Храма Неба. Лучшие из них перед битвой укрепляли свои волю и разум. Правда, как именно, мне было, увы, неведомо, но исходя из увиденного, можно было смело констатировать, что как минимум неплохо.
Неотвратимо наступало время для резерва. Стоило мне подумать об этом, как отряд в пять тысяч дерзко блеснувших мечей под предводительством одного из князей вылетел из-за наших спин. Прошло не больше десяти секунд, и крылатые всадники на единорогах столкнулись с обречённо несущимися дьяволами на боевых ящерах. Орден ударил по врагам с удвоенной яростью. Полкиангелов перешли на бег. Сейчас всё могли решить минуты.
Эта была жестокая схватка, в которой погибли почти все дьяволы резерва, в том числе и князь. Но, благодаря им, мы вновь смогли сдержать знамёна неба, непрерывно, правда, при этом отступая. Мы вновь и вновь теряли своих, и с каждым разом всё больше боли врезалось в наши души. Через час пира давно захмелевшей смерти мы, наконец, добились того, что ангелы вновь взяли перерыв. Но и цена этого перерыва была высока. Уже около трети наших братьев ушли в свой последний, скорбно-далёкий путь.
Следующий день мало, чем отличался от предыдущего. Вновь яростные атаки ангелов, вновь отступление, вновь, рвущие раны на душе, потери. От нашего резерва остались неполные и довольно деморализованные три тысячи всадников. Орден же понёс невосполнимые утраты, к концу дня нас оставалось чуть больше двухсот. Погибли слишком многие, в том числе и один Хозяин Пути, который, правда, захватил с собой более чем достойную свиту, но и это всё же казалось каплей в море. И хотя мы уничтожили почти сорок тысяч крылатых воинов, их оставалось ещё слишком много, и у них было в запасе ещё достаточно свежих сил. Следующий день должен был стать последним днём нашей стражи на пути Рая, но мы все понимали, что он также, скорее всего, станет последним днём и для нас.
И вот этот день пришёл, нервно оборачиваясь на ухмыляющеюся ему вслед ночь. Мы уже не имели возможности держать под контролем всю линию обороны, и фланги были порядком оголены. Вполне возможно отдельные отряды крылатых уже проникли за территорию Пурпурных холмов. И всё же основная армия была перед нами. И она явно жаждала нашей крови. Слишком много времени и сил они потратили на нас, казалось бы, жалкую кучку дьяволов. Да, сегодня нас осталось мало, но это была элита Ордена — лишь несколько подмастерьев, остальные опытные Мастера Дорог и восемь Хозяев Пути. Мы были готовы.
Похоже, что Светлым лордам крайне надоело наше присутствие в этих местах. Они бросили в бой все свои резервы, все мечи и крылья. Мы держались, но гибли и гибли. Через три-четыре часа обагряющей битвы погиб последний из тех, кто пришёл с предложившими нам помощь князьями. От Ордена же оставалось уже не более восьми десятков, и нас уверенно окружали.
