— Понимаю. Больше, чем кто-либо другой. Тем не менее, ты так и не ответил на вопрос. У меня отобрали все: сначала жена погибла в бессмысленной человеческой войне, затем исчезла Райана. Последнее, что осталось — моего единственного сына — уничтожил чрезмерно увлеченный опытами некромант. Даже душу бедного мальчика не пожалел! И ты просишь так просто подарить ему свободу?!
— Жизни Лардана лишили и без твоего вмешательства, — жестко заметил герцог. — Уж поверь, настолько болезненным для некроманта способом, какой только можно измыслить. Сейчас его существование представляет собой весьма жалкую картину. Оно страшнее небытия, больнее самой изощренной пытки.
Астарт говорил так, словно ему самому пришлось однажды почувствовать нечеловеческие терзания бессмысленного существования.
— Этого недостаточно. Я хочу уничтожить его, не оставить ни следа даже в человеческих воспоминаниях.
— Прости, но сейчас он необходим. Не мне — магессе, которую наверняка уже ведет Заралениэль. Эта прелюбопытная девочка под моим покровительством, и несправедливо было бы отказать ей в столь изящно высказанной просьбе.
— Хочешь сказать, что заставляешь друга отказаться от кровной мести ради прихоти какой-то человеческой девчонки?!
— Не спеши с выводами, Вир. По словам Шартры, Ирида — это решение, которое мы искали так долго. Не до конца понятно каким образом, но она поможет вернуть Райану. Есть, конечно, одно подозрение… впрочем, неподтвержденное конкретными фактами.
Виренеруаниэль задумался, и Аглар не стал его торопить. Владыка принадлежал к тому типу людей, которые не обращают внимание на велеречивые увещевания, руководствуясь исключительно своими соображениями. Наконец, спустя долгие минуты молчания, он тяжело произнес:
— Раз так — я уступлю. Только имей в виду, что не имеешь права ошибаться. Не в этот раз.
Герцог ничего не ответил. Эльф и сам прочитал в его взгляде все, что хотел знать. Бесплодные поиски истощили их обоих, и эта истинно отчаянная попытка была обязана стать последней.
— Утешает лишь одно. Тебе еще придется натерпеться с этой бестией. Отличные бойцы после четверти часа, проведенного рядом с ней, едва не заикались по возвращении в город.
— И что же она сделала? — с любопытством спросил откровенно посмеивающийся аглар.
— Прочитала стихи.
Мужчины расхохотались, будто забыв о напряжении, повисшем в воздухе. Едва они успели отдышаться и надеть маску сосредоточенной серьезности, как в кабинет вошел Заралениэль.
