Вспоминая свой утренний разговор с младшим сыном, Андрей Петрович обвёл задумчивым взглядом свой кабинет, интерьер и мебель которого отражали безупречный вкус его хозяина. Стол, за которым сидел отец Эдуарда, как и вся мебель в кабинете, был сделан из красного дерева и расположен напротив входной двери. По правую сторону, вдоль всей стены стояли длинные ряды шкафов с самой разнообразной литературой: от произведений А. Пушкина до бизнес – журналов. Два больших окна по другую сторону стола открывали великолепный вид на сад и были увешаны тяжёлыми бархатными портьерами цвета бордо. Здесь же, у окна, стоял небольшой кожаный диванчик чёрного цвета с двумя креслами аналогичной модели. Интерьер дополнял оригинальный персидский ковёр посреди кабинета, красные оттенки которого прекрасно дополняли общую картину кабинета.
Когда Диана и Влад вошли в кабинет, Баринский поднялся из-за стола и направился им на встречу. Диана поразилась, как Эдуард с годами стал похож на отца: та же обаятельная улыбка, та же походка. Различие составляли лишь глубокие морщины и седина в волосах, которой значительно прибавилось за те пятнадцать лет, в течении которых Дина не видела его. Однако, судя по его быстрым движениям, Андрей Петрович был всё ещё в довольно неплохой форме, сохраняя стройность и подтянутость своей фигуры.
Берестов представил леди Стенфилд своему клиенту, Баринскому Андрею Петровичу, и тактично вышел в гостиную, предоставив им возможность наедине обсудить свои дела, прекрасно понимая при этом, что его юридические услуги понадобятся лишь в том случае, если Баринский-старший примет предложение Дианы.
Едва за Владом закрылась дверь, как Баринский немедленно заключил Диану в свои объятья:
– Моя дорогая девочка, милая моя Диана! Как я рад, что снова вижу тебя и как огорчён при мысли, что твой отец не дожил до этого светлого дня!
– Значит, вы меня узнали? Я тоже очень рада нашей встречи, – улыбаясь, ответила Диана, нежно обнимая старого друга своего отца.
– На самом деле Олег раскрыл мне твою тайну. Вчера на аукционе он не узнал тебя, когда они с Эдуардом беседовали в казино за бутылкой виски, он всё ему рассказал.
– Значит, вам уже многое известно? – спросила Диана, надеясь, что Андрей Петрович не станет расспрашивать её о прошлом.
– Совсем немного, – ответил он, замечая, что Диане неприятен этот разговор и, принимая решение не задавать ей сейчас мучавшие его вопросы.
Вместо этого Баринский постарался перевести разговор на другую тему:
– Я также наслышан, какой удачливой бизнес-леди ты стала!
Он улыбнулся, жестом предлагая Диане присесть в кресло напротив своего стола.
– И что же привело ко мне эту самую бизнес-леди, помимо её большого желания увидеть меня спустя столько лет? Влад сказал мне по телефону, что у леди Стенфилд есть ко мне интересное предложение?
– Да, это так, Андрей Петрович, – улыбаясь, ответила Диана, радуясь про себя, что старик сразу перешёл к делу и не стал расспрашивать её о прошлом, – Я здесь, чтобы предложить вам выгодную сделку. Я хочу купить вашу студию «Орфей».
Лицо Баринского мгновенно стало серьёзным. Он внимательно посмотрел на Диану и задумчиво произнёс:
– Руководство студией я давно доверил Насте, но единственным её владельцем, по-прежнему, остаюсь я. Когда-то в 1992 мы вместе с её отцом Дмитрием Шереметьевым создавали «Орфей».
– Андрей Петрович, вы знаете, чем сейчас знаменита ваша студия? – спросила Дина, когда Баринский сделал паузу в своём рассказе.
– И чем же? – полюбопытствовал он.
– Дешёвыми боевиками и сексуальными домогательствами. Вы такой славы добивались, когда создавали студию?
– Когда я руководил студией всё было иначе: картины, которые мы снимали имели ошеломляющий успех. Ты хочешь сказать, что Настя Шереметьева паршиво работает? – сурово спросил Баринский, и по его лицу пробежала тень тревоги.
– Я хочу сказать, что Настя отвратительно работает и сейчас репутация у студии оставляет желать лучшего. Лучшие российские актёры уже отказались работать с «Орфеем». Настю интересуют только деньги, а не престиж студии. Продайте «Орфей» мне и я верну ей былую славу, ту, что была раньше.
– Нечто подобное я уже слышал от Эдуарда. Он несколько раз намекал мне, что я должен сменить руководство студии, но я полагал, что его слова продиктованы презрением к бывшей жене и старался не обращать на это внимание, хотя, несомненно, видел, что в его доводах есть доля истины, – Андрей Петрович сделал паузу, собираясь сказать что-то важное, – Да что там говорить, за последние годы мы с Эдвардом очень отдалились друг от друга. Появляется только тогда, когда нужно подписать какие-то документы компании «Отели Москвы». Должен признать, что с семейным бизнесом он справляется отлично. Должно быть, ты держишь на него обиду за то, что он женился на Насте? – внезапно спросил он, глядя на Диану каким-то непонятным виноватым взглядом.
– Андрей Петрович, давайте оставим прошлое в покое. Я не хочу об этом говорить, – ответила Дина, застигнутая врасплох его вопросом.
