На второй этаж мы поднялись в тишине. Комната, которую мне выделили, оказалась небольшой, с одноместной деревянной кроватью, узким платяным шкафом и простенькой тумбой-табуреткой с умывальными принадлежностями. За неприметной дверью, прямо рядом со шкафом, находился вход в уборную. На большее я и не претендовала, но комната оказалась проще, чем те, где мне удалось поспать за время путешествия. Интересно, сколько же денег спустили на меня друзья? И как я смогу отплатить им?
– Располагайся, отдохни с дороги, горничная нальет тебе горячую ванну, если хочешь. Через час тебя позовут к ужину, – сказала Виола и уже собиралась выйти, но я остановила.
– Виола, когда ты сможешь дать мне письма тетушки?
– Прости, Элли, никто не писал, – покачала она головой и закрыла за собой дверь.
Я в полном опустошении села на кровать. Тетя не могла, она бы не бросила меня. Может быть, письмо не дошло или я неправильно указала адрес? Я почувствовала, как нарастает паника. Если не сбегу за границу, рано или поздно Портер найдет меня. И, если Изабелла права, то и обещаниям Теодора верить нельзя. И это означает мою верную и неминуемую смерть!
Я встала, походила по комнате. Так, надо собраться, не время поддаваться панике! Надо написать тете еще раз. А пока буду ждать ответа, можно попросить Виолу составить мне рекомендацию. В конце концов я могу устроиться гувернанткой в какой-нибудь дом, поменять имя, и, может быть, тогда Портер не найдет меня.
Ванну я все-таки попросила. Служанка предложила постирать мои вещи, и я с радостью согласилась. Снимая платье, я обнаружила в кармане перстень Тео. Воспоминания о страстной ночи встали перед глазами, я словно снова почувствовала его руки на своей коже… Нет, все это следует выкинуть из головы!
Я нашла в котомке бархатный мешочек с папиной брошью и убрала туда кольцо Теодора. Все, теперь страница с именем мистера Аштона закрыта насовсем.
Через час и правда позвали к ужину. Стол был накрыт на троих, но еды хватило бы, чтобы накормить дюжину. Поросенок, птица, рыбные котлеты, картофель, кукуруза, несколько соусов, два кувшина вина, каша и пирог – все это для нас троих? И они хотели заказать еще?
Но очень быстро я поняла, что лорд Джонсон любит поесть, как и Виола. Да и я сама накинулась на еду, словно не ела целый год.
Лорд Джонсон в основном молчал. Виола задавала мне пространные вопросы про общих знакомых из пансиона, словно не знала, о чем говорить. Мы вскользь поговорили о мадам, о матронах, о девочках. О Портерах разговор не зашел.
После плотного ужина я поняла, что валюсь с ног, и хозяева великодушно и с облегчением отпустили меня отдыхать.
Кровать была скрипучей и жесткой, но я провалилась в сон как только голова коснулась подушки.
Утро встретило меня затекшими боками от жесткой перины и стуком в дверь. Завтрак был уже подан, так что я наскоро умылась, привела себя в достойный вид и спустилась. Плотность яств на столе не уступала вчерашнему ужину, как и аппетит постояльцев. Виола отвечала на мои вопросы все более односложно, а после завтрака пригласила прогуляться по саду.
– Как тебе живется тут, Виола? Как к тебе относится лорд Джонсон? – спросила я, когда мы ушли от дома пару десятков шагов.
– Все в порядке, Элионор. Не лучше и не хуже, чем я ожидала, – раздраженно выпалила она. Помолчала. Потом остановилась. – Вот чего я не понимаю, Элли. Ты сама убеждала меня, что такой брак, как у меня, – это счастье! Это радость и удача! Но сейчас что делаешь сама?
Я оторопела, не зная, что ответить на такую тираду.
– Я понимаю, мистер Портер – не самый занятный из кавалеров, но он есть, он готов жениться, он готов обеспечить твое будущее, а ты разбрасываешься этим шансом! И ради чего?
– Ви, – прошептала я.
– Ради чего? Ради любви? У тебя кто-то есть, с кем эта любовь возможна?
Я почувствовала, как щиплет в носу, и отвернулась. Да, любовь. Еще пару дней назад я верила в нее, строила планы, надеялась понравиться его родителям. Наивная дурочка!
– Я не понимаю тебя, Элионор, – сказала она, складывая руки на груди.
– Прости, что разочаровываю тебя, Виола, – начала я, но она посмотрела на меня, как на насекомое. – Если бы я могла поступить иначе, я сделала бы это. Но я не могу.
– Я думаю, ты лукавишь. – Она развернулась, собираясь вернуться в дом.
Меня охватило раздражение. Кто эта женщина? Когда моя подруга превратилась в это злобное, бездушное создание?
Я поплелась за ней, потому что вариантов у меня на данный момент больше не было.
– Виола, я могу попросить тебя об одолжении? – спросила я, снимая плащ. Виола как раз сбросила свой в руки служанки, обернулась ко мне и оценивающе окинула взглядом.
– Пожалуйста, ты не могла бы порекомендовать меня как гувернантку знакомым леди? Ты же знаешь меня, мои результаты в учебе? – пролепетала я, тушуясь под ее взором.
– Гувернантку?! – усмехнулась Виола. – Элионор, ты решила похоронить свою репутацию? Имя своего отца? Ты решила навсегда остаться старой девой?
– Гувернантки тоже выходят замуж, – отметила я, но Виола, казалось, меня не слышала.
