— А люди? — Роман сосредоточенно пытался разобраться в хитросплетениях постоянно изменяющихся обозначений.
— Как люди, — пошутил Патрик, — одна голова, две руки, две ноги. Но если ты про исторический ход событий, то приблизительно совпадает, если судить визуально. Точнее никто сказать не может — историков нет. Наверняка какие-то различия есть, но сейчас говорить обо всем этом сложно. Я слышал краем уха, что кто-то поехал к землянам за консультацией. Как они это будут обставлять — ума не приложу, так как Совет запретил разглашать открытие.
— Ну, последнее понятно, — хмыкнул Глеб. — Родная планета, не загаженная, не замызганная, полезных ископаемых — пруд пруди, особенно если места залегания совпадают. А они совпадают?
— Еще не знаем, — сознался Патрик. — Показать, куда поедете?
— Спрашиваешь, — техническая элита дружно подалась вперед, но планетолог повел их в соседнее помещение. — Вот, — он развернул голограмму, и друзья жадно вгляделись в крепость на крутом берегу реки в хороводе близлежащих деревенек.
Город имел две крепостные стены: каменную внутреннюю и деревянную наружную, обнесенную рвом и валом с наклонным частоколом. Во внутренней крепости располагались резные терема с вычурными крышами и высокими крыльцами, церквушка и хозяйственные постройки. От нее разбегались улицы-лучи с нарядными теремами и домами попроще. У деревянных причалов стояли несколько ладей и кораблей, от которых мужики несли на плечах мешки и бочонки на внутренний торг. Ходили люди в разнообразных одеждах, качались деревья, летали птицы, даже рябь на воде была видна.
— Раненько они встают.
— Кто рано встает — тому бог подает, — хмыкнул Глеб.
— Ты там знаниями-то не блещи, — посоветовал ему Алексей, — мигом в острог попадешь за свой болтливый язык.
— В поруб, — рассеянно поправил его Марк, — острог — это оборонительное сооружение, обнесенное частоколом.
Скребицкий смущенно оправдался:
— Но суть-то все равно та же — посадят.
— Средняя полоса, — Роман, не спрашивая приблизил картинку, и повертел его под разными углами. — А в каком веке у нас начали строить такие замки?
— Это не замок, — вздохнул Марк. — Это город с детинцем. Вы совсем историю не помните?
— Так бы и сказал, — Глеб огляделся и пристроил пустую кружку на край пульта. — А название известно?
Патрик со вздохом убрал кружку на соседний стол и ответил:
— Новый город.
— Новый город? — переспросил Олег. — Странное название.
— Новгород! — хлопнул себя по лбу Роман. — Это же Новгород! Вы представляете, мы можем увидеть Владимира Мономаха или Ярослава Мудрого.
— Совпадение планет еще не означает совпадение истории, — Марк ткнул пальцем в крепость. — А там что? Собор строят?
— Да, — кивнул планетолог, — насколько мы поняли из разговоров, то какой-то храм, — и, опережая вопросы, пожаловался. — Князь Вардис и Его Величество вчера лично почтили их своим присутствием. Не знаю, как они это сделали, но мы их даже аппаратурой не могли отследить.
Судя по обиженной язвительной интонации Патрика, демоны секрет раскрывать не захотели и ученых с собой не взяли.
— А нам соловьем заливался, что с ловушкой возился, — буркнул Глеб.
Планетолог удивленно посмотрел на него:
— Так он и там успел и там. Да и ходили они всего часа на два. Рассказывали, что в Новом городе князь очень молодой, но суровый, сын маленький….
— Владимир, — обронил Марк. — Это Владимир сын Ярослава Мудрого, а собор — Софийский. Тогда выходит, что это то ли одиннадцатый век, то ли двенадцатый. А может, и десятый. Я вечно путаюсь с датами.
— Откуда ты знаешь? — уставились на него друзья. — Ты же физик, а не историк.
— Был бы историк — сказал бы точнее, — Духов поднял на них спокойные глаза, — но так как я физик, то приходится оперировать лишь имеющимися обрывочными знаниями из школьного курса, из книг и сведениями от жены.
И Алексей со стыдом вспомнил, что Лариса была родом из Новгорода, и они с мужем почти каждый год ездили к ее родителям. Историю родного города она знала превосходно. Надо же было демонам выбрать именно это место! Или Сантилли сделал это специально? Но зачем?
Место для стоянки выбрали на высоком берегу озера: вокруг до самого горизонта штормовыми валами разбегался лес, из которого сточенными клыками торчали редкие скалы с обрывистыми осыпающимся склонами. Горы были старыми и уютными, как домашний пушистый плед, в который можно завернуться прохладным вечером, сидя у камина. Качали кудлатыми головами деревья, пересвистывались птицы, в темном стекле озера отражались берега и пухлые животы редких облаков, неспешно ползущих по голубому небу. Два мира, разделенные береговой чертой и непонятно было, какой из них реальнее — верхний или нижний перевернутый.
— Самая глупая историческая экспедиция за всю историю исторических исследований, — Роман недовольно осмотрел свой костюм. — И на кого я похож? Не викинг, не русский….
— А хрен знает кто, — закончил Глеб, одергивая плотную длинную куртку.