– И твое резюме: хороший и порядочный? И это все?
– По-твоему, этого мало?
– Дед, я знаю все, что ты можешь мне сказать. Я и сам неплохой психолог. Это значит, что сам он никогда первым из семьи не уйдет. Надо или Василису увести, что нереально, или как-то убедить ее отпустить его, что невыполнимо.
Иван Ярославович помедлил.
– Что невыполнимо, это ты хватил через край. Вряд ли ей понравится постоянно смотреть на его несчастную физиономию.
– И как ты собираешься добиться этой самой несчастной физиономии?
– Я никак не собираюсь. Этого добиваться будешь ты.
– То есть, по твоему мнению, я должен постоянно сводить Виталия и Ольгу? Чтобы Василиса поняла, что она тут третий лишний?
– Правильно понял.
Внук отошел к широкому окну и принялся пристально разглядывать стоящий неподалеку красивый старый дом.
– Ты прав, раньше умели и любили делать красивые вещи. Как вот это пропорциональное во всех отношениях здание. И в человеческих отношениях ценили красоту. Теперь упадок во всем. И в отношении к женщине в том числе.
– Тебе все-таки не хочется причинять боль Василисе?
– Да. Никаким боком не хочу в этом участвовать.
– Что ж, тогда остается лишь положиться на судьбу.
Борис отошел от окна и предложил, заканчивая разговор:
– Тебя подвезти?
– Нет, не нужно. Я вызову такси. Когда буду готов.
Внук ушел, а дед встал и тоже подошел к окну. Посмотрел на то же здание, которым любовался внук.
– Да, красивое строеньице. Но если бы я в свое время ничего не предпринял для его спасения, его бы снесли и на его месте поставили заурядную серую пятиэтажку. Похоже, мне и сейчас придется взять проблему Бориса в свои руки. Посмотрим, что можно сделать.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
На следующий день он позвонил на станцию скорой помощи Пал Палычу. Тот, задавленный собственными житейскими неурядицами, долго не мог взять в толк, чего от него хочет господин академик. Наконец, уразумев, попробовал отбрыкаться:
– Конечно, Ольга Павловна очень хороший специалист, но почему ваш выбор пал именно на нее? Ведь в городе полно других врачей.
– Просто их искать надо. А в таком щекотливом деле, как вы понимаете, главное - доверие. Или она не достойна доверия?
Пал Палыч в расставленную академиком ловушку не попался. Осторожно предложил:
– Знаете, Иван Ярославович, я с ней поговорю и свяжусь с вами. Скажем, минут через пятнадцать – двадцать? Устроит? Или, если она согласна, то сама вам перезвонит.
– Договорились. Жду звонка.
Пал Палыч нашел телефон Абрамовой и позвонил. Трубку долго не брали. Наконец раздалось опасливое «алло».
– Оля, это Пал Палыч. Как дела?
– Да не так, чтоб очень.
Ее голос был озабоченным, и Пал Палыч заторопился:
– Мне тут Иван Ярославович Захаров позвонил, академик наш, может, знаешь?
– Слышала.
– Ему нужен сопровождающий, он в последнее время себя не очень хорошо чувствует. Деньги предлагает приличные и просит жить в его доме. Можно с ребенком, если захочешь. Я понимаю, что тебе это не нужно, но он настаивал, а я…
К его удивлению, Ольга обрадовано воскликнула, даже не дослушав:
– Конечно, хочу! Это для меня спасенье! У меня с мужем очень натянутые отношения, а в дом к академику, да еще отцу российского министра, он уж точно не сунется! Спасибо вам большое!
Озадаченный ее словами, а еще пуще неподдельным облегчением в голосе, главврач поспешно продиктовал ей телефон академика и положил трубку. Пробормотал:
– Хорошо, что хоть у одного из нас в этой жизни что-то наладилось! – и попытался заняться текущей работой.
Через пару часов Иван Ярославович ждал Ольгу у главного корпуса университета. Занятия у него на сегодня закончились, и он собирался провернуть кое-какую авантюру. Няньки ему были совершенно не нужны, и со здоровьем все было в порядке, насколько может быть в порядке в его немаленькие года, но Ольге об этом знать было ни к чему, поскольку главная роль в этой авантюре предназначалась именно ей.
К зданию подъехало такси, и из него вышла невысокая стройная женщина. Она была очень хороша, и Иван Ярославович невольно посочувствовал Василисе. Рядом с Ольгой та проигрывала по всем статьям. Во всяком случае, внешне.
По-молодецки расправив плечи, направился к ней.
– Вы Ольга Павловна? Вижу, Пал Палыч не обманул, сказав, что вы очень милая дама! – галантно проговорил он, чуть склонившись в поклоне. – Я Иван Ярославович.
Оля с подозрением посмотрела на него. Ей не верилось, чтоб их щепетильный главврач говорил о ней подобные вещи. Седина в бороду, бес в ребро?
Проницательный Иван Ярославович тут же понял ход ее мыслей и принял вид болезненно-утомленный.
– Знаете, после смерти жены я чувствую себя все хуже и хуже. Дети беспокоятся. Сын настоятельно просил меня никуда одному не ездить. Он, как вы, наверное, знаете, у меня министр, и возражений не терпит. Вот я и решил завести себе сопровождающего. Главным образом, чтобы его успокоить. Хотя, чего греха таить, здоровье у меня и впрямь в последнее время периодически пошаливает.
Оля тут же принялась профессионально его разглядывать, отмечая и красные прожилки в глазах, и темную пергаментную кожу лица. Он замахал руками.
