– Смартфон! Дай свой смартфон! Пожалуйста! – Андрей никогда и ничего у брата не просил, и был уверен, что и не попросит… а вот сейчас был готов умолять!
– Утопишь – я тебя самого обратно упихаю в те же самые камни! – прошипел Николай, подозревающий, что этот тип может сделать вообще всё, что угодно!
Смартфон он дал, а потом отвернулся – невозможно было смотреть на Андрея, когда он набирал номер жены и говорил, что жив.
– Мил, не плачь, я тебя тоже люблю. Прости, лодка перевернулась – ветром опрокинуло. Нет, был не на берегу… ты не пугайся, уже всё хорошо, просто ногу под водой камнями зажало. Нет, меня Колька спас. Представляешь?
– Он ещё и изумляется, паразит! – вяло возмутился Николай, вдруг уставший так, словно он эти самые камни вместо ледника приволок с дальних северных гор, обкатывая по дороге, и лично установил среди мелких волночек Карельского озера.
– Мил, третий остров слева от нас, помнишь, там камни у берега есть, вот там. Да ты, может, домой плыви, мы на Колькиной лодке вернёмся?
– Если у Кольки хватит терпения тебя за борт не выкинуть! – пробурчал старший брат.
– Поздно, дорогой, поздно! – хмыкнул Андрей, к которому после разговора с женой активно начали возвращаться силы. – Если хотел меня бросить тут, надо было просто не заметить. Кстати, а ты всерьёз хотел?
Николай с превеликим отвращением покосился на родственника.
– Не-не… о том, что ты меня ненавидишь, я в курсе с самого раннего детства, я вот только понять не могу, если это так, тогда зачем ты меня спас?
– Родителей пожалел, – процедил сквозь зубы Николай, – И пожалуйста, помолчи, а? Просто заткнись и посиди молча, чтобы я сейчас сам об этом не стал жалеть!
Он отобрал смартфон у Андрея, бережно протерев рукавом ветровки экран, а потом, покосившись на брата, которого на ветру начала бить крупная дрожь, накинул ему на плечи свою куртку.
– Молчи! – хмуро велел он ненавистному типу. – Терпеть не могу, когда под ухом кто-то зубами стучит. И вообще, курток не напасёшься на некоторых!
Он привычно шипел про себя о том, как он Андрея терпеть не может, но чего-то не хватало… убеждённости что ли? Как-то сложно от души ненавидеть человека, которого только что всерьёз спас.
– Кстати, – голос брата вывел его из состояния задумчивости, – Я тебе спасибо ещё не сказал!
– Можешь сказать! Но только один раз! – разрешил Николай. – Чего тебя разобрало? – уточнил он, выслушав сдавленное «спасибо».
– Да вон Милка на горизонте появилась, посмотрю я, как ты от её благодарностей отобьёшься… – рассмеялся Андрей. – Сразу говорю, это бесполезно! Она, если хочет, даже нашего кота переупрямит, что в принципе невозможно, так что лучше сдавайся!
Предупреждение было более чем актуально, потому что Милана, оценив вид мужа, а также камни, в которых так и остался его кроссовок, с усилием взяла себя в руки, отложила на потом слёзы, крик и истерику, и как только они оказались на берегу, принялась Николая благодарить.
Он сделал было попытку смыться, но ничего у него не вышло.
– Нет уж! Вы мне поможете довести, то есть ты… ты мне поможешь довести Андрея до дома, а потом поговорим! – скомандовала Милана.
– А я тебя предупреждал, – хмыкнул Андрей почти беззвучно.
Милана развила бурную деятельность, загнала обоих братьев в сауну и позвонила Хантерову.
– О как… Лучше всего их там запереть и оставить на пару дней! – рассмеялся Хак. – Если друг друга не поубивают, может, перестанут цапаться, наконец-то!
– На пару дней не буду – они оба никакие. Особенно Андрей, – решительно заявила Милана. – Выйдут – кормить буду, а потом… потом посмотрим!
Хак редко смеялся от души, поэтому Миронов изумлённо поднял брови.
По мере рассказа о сыновьях, Пётр Иванович сначала за сердце схватился, а под конец только и мог, что руками развести:
– Ну и ну… видимо, Колина планида – спасать, а потом бегать от благодарностей!
– От Миланы ему точно не убежать! – Хантеров знал такую целеустремлённость, так что мог с полной уверенностью это утверждать. – Она его сначала закормит, а потом благодарить будет!
Но Милана сделала больше!
Глава 20. Я незлопамятная, просто злая и память хорошая
– Ну, разумеется, они сейчас поругаются! – бормотала Милана, ловко раскатывая тесто. – Ещё бы им не поругаться-то…
Чегевара, обрадованный тем, что хозяин вернулся, но расстроенный тем, что вернулся он мокрым и для котиков абсолютно не приспособленным, уселся на пороге кухни и прислушивался к голосам, доносящимся из странного места под названием «савуна».
– Ты вечно таким был! – гудел низкий голос нового человека. – Все неприятности были твоими!
– Можно подумать, что ты лучше! – устало отвечал хозяин.