Хотя что там может вырасти?
Выдать ее замуж, а пока не мозолить глаза, вот и все.
Томас так подгадал, что у его величества было больше пяти часов на сборы и выезд.
Один кортеж медленно приближался к Лавери, второй собирался и двигался по улицам города.
Горожане ждали.
Город ждал, затаив дыхание. Ждал свою новую королеву…
***
Мария вертелась, как на иголках. Хорошо, в карете были только те, от кого не надо скрываться. Графиня Иртон и виконтесса Иртон. Остальных принцесса попросила выйти.
Потом графиня и виконтесса уйдут, их сменит жених…
Они с Ричардом проедут по улицам города в Храм, там будет заключена помолвка. Потом отправятся во дворец… страшновато.
Лиля поправила на девушке накидку из черно-бурой лисы.
– Красавица. Просто картинка.
Мария поежилась.
В бело-розовом платье она была безумно хороша. А темный мех подчеркивал блестящие глаза, темные волосы…
– Все будет хорошо? Правда?
Лиля убедительно кивнула.
– Все обязано быть хорошо. Мы ведь живы…
Принцесса улыбнулась и стала ждать.
Приближался кортеж его величества.
Звенела музыка, барабаны, тамбурины, трубы, литавры, развевались штандарты, летела пыль из-под копыт коней…
Мария с удовольствием выглянула бы в окно, но нельзя. Она принцесса, это обязывает.
Наконец карета остановилась, и Мария медленно вышла на утоптанную дорогу.
И стояла, ждала…
Ждала, пока из рядом встречающих не вышел мужчина. Эдоард уступил сыну право встретить невесту.
Ричард шагал вперед.
Мария смотрела на него, и девичье сердечко таяло.
Его высочество был настоящим сказочным принцем.
Высокий, с золотыми волосами, с очаровательной улыбкой, он шел и улыбался ей.
И Мария робко улыбнулась в ответ.
Она не знала, что на сердце у Ричарда скребла целая банда голодных тигров.
Его невеста.
Совсем другая…
Темноволосая, с громадными карими глазами, и нежной мечтательной улыбкой…
Тира походила на клинок, сплетенный из полос стали и лунного света. Мария напоминала меховую муфточку. Хорошенькая, мягкая, уютная…
Совсем другая.
Не та, не та, не та…
А той самой, единственной, предназначенной для Ричарда, на земле уже нет. И в этой жизни они не встретятся.
Ричард опустился на одно колено и поднес к губам руку Марии.
– Моя принцесса.
Щеки девушки вспыхнули, делая ее еще очаровательнее.
– Ва…ваше высочество…
– Вы окажете мне честь своим присутствием? – Ричард улыбался легко и весело, как заговорщик.
Эта девочка ни в чем не виновата.
Она – не та.
Пусть больно, пусть сердце рвется на части, пусть вспоминаются голубые глаза и серебряные волосы, пусть…
Она никогда ни о чем не узнает. И не заподозрит.
У нее будет любимый и любящий муж, у нее будут семья и дети…
Этого – довольно?
Ричард не знал, но он очень постарается.
Он помог своей невесте сесть в карету и нашел ледяные то ли от хотлода, то ли от волнения пальчики. Поднес их к губам и согрел своим дыханием.
Пусть так.
Дорога короля…
Жестокая, страшная, в чем-то подлая и отвратительная. Но это – его бремя и его выбор.
– Моя принцесса…
***
Лиля наблюдала за Ричардом. Джес уже подхватил на седло Миранду и держал под уздцы Лидарха.
– Садись.
– Минуту, – отозвалась женщина.
Хорошие медик многое может сказать о человеке, даже без обследования. Вот и Лиля…
Что не так с Ричардом?
Принц уселся в карету, а она задала этот вопрос Джерисону. Муж пожал плечами.
– Не знаю… выглядит он неплохо.
– Наверное…
Лиля решила помолчать. Потом она поговорит с Лейфом. Если кто-то и знает, что не так с Ричардом, то только вирмане. Наверняка что-то случилось на Вирме.
Лиля была в этом более, чем уверена.
А Джес…
При всей ее симпатии к супругу,, душевной тонкости в нем иногда было, что в стенобитном орудии. Пусть Ричард сам рассказывает, если захочет.
***
Вот и Храм.
Альдон Роман сочетает пару обетами. Пока – помолвка, еще не свадьба. Но это уже очень серьезно.
Ричард…
Все же, почему у него такое лицо?
И от всей души Лиля взмолилась, чтобы не повторился тот же кошмар, что и с Эдоардом.
Ладно еще – любить одну,, взять в жены другую. Это полбеды.
А вот то, что случилось из-за его любви…
Хватит с нее бунтов, восстаний, заговоров, надоело! Сейчас это особенно некстати. Лиле хочется заниматься медициной, немного производством,, жить своей семьей… хоть бы все обошлось?
Скользят по рукам браслеты с бриллиантами, Мария счастлива, она явно ничего не видит. Вот его величество, умиленно улыбается.
Вот принцессы.
Анжелина рядом с невысоким седым мужчиной… голубые глаза, горб… они что – женаты?
Да, судя по браслетам…
Однако?
Джолиэтт смотрит то ли с завистью, то ли с раздражением.
Лица, люди, цветы…. Откуда их столько, зима на дворе?
Но когда Ричард выходит с невестой из Храма, толпа словно взрывается приветственными криками.
И в принца летят цветы.
Сотни и тысячи цветов… Мария ловит букет чего-то розового и смеется…
А у Лили грустно на душе.
Почему так?
Нет ответа.
***
Ответы она получила только наутро. И даже не у Лейфа – у Ингрид.
Выслушала рассказ вирманки и покачала головой.
Да уж.
Девочку, погибшую на Вирме, было жалко. Ричарда было жалко.
Ей и самой было что рассказать, кстати говоря. Тут уж охала и ахала Ингрид.
Столько новостей, столько всего интересного…
А сколько дел!
