- Что ты сказала, ведьма? - Шевельнулись его губы. А затем, не успевая за словами, взлетел меч - быстро, но неточно, так что Мириам просто убрала из-под удара вооруженную руку. Чужая память заполнила ее, живой, мерзкой субстанцией, пробиваясь в сознание. Ей стоило большого труда удержать ее - возвести на пути подобие плотины, заставляя воплощаться сразу в слова и в движения. Это делало ее куклой - ничего не понимающей, но послушной слугой того, что жило внутри маленького человека.
Куклой, собирающейся убить кукловода.
- Медленно. - Сказали ее губы. - Ты слабак, так хотя бы бей быстро!
Ее ладонь дернулась, выбросив нож в другую руку - очень быстро, будто выстрелив им.
- Видишь? - Продолжил чужой голос. - Пока ты думаешь, я отрежу твои маленькие яички, и запихну тебе в пасть.
Левая ладонь тоже вздрогнула, перебрасывая нож обратно - быстрее, чем Мириам успела бы моргнуть. Скорость давало само движение, на удивление простое, но совершенно незнакомое - она бы никогда не догадалась, что с ножом можно такое сделать. Шото смотрел на ее руки не отрываясь, чуть приподняв меч, так что острие оказалось на уровне лба. Рейдеры прекратили галдеть, и Мириам услышала собственное дыхание - тяжелое, свистящее, будто тоже принадлежащее чужому телу. Теперь они с Шото медленно шли по кругу, окруженные меняющимися огнями.
Гнев превращался в испуг.
- Какой у тебя план? - Голос стал тише, скатываясь в издевательский шепот. - Или опять дерешься без плана? Плюешь на мои слова?
Острие меча чуть заметно задрожало.
- Страх. - Слово вырвалось из ее горла как заклинание. - Это я страх вижу, малыш? Или правильнее назвать тебя малышкой?
- Ты мертв. - Посеревшие губы Шото едва шевельнулись, и по кругу рейдеров пробежал шепот.
Ответом ему стал смех - клокочущий, издевательский.
- Я и мертвый поставлю тебя на коленки, малышка. Ты опять влез в драку, не зная, с кем имеешь дело - а за это нужно наказывать! Положился на удачу, без верного плана, да еще и струсил. Ты не мужик! Подстилка для Ихана, отдал бы ему, да жаль времени, что на тебя потратил. Будешь девкой всю неделю, пока из тебя вся дурь не вытрясется! Что пялишься?! Скидывай шмотки...
- Да пошел ты! - Тонко завопил в ответ маленький рейдер. Маска невозмутимости слетела с его лица, исказившегося от крика, смявшегося, как картонный лист. - Ты сдох! Ты сгнил, Хайд, и сдохнешь еще раз!
Он размахнулся, чуть больше, чем нужно, широко, медленнее чем раньше. Мириам, вглядываясь в него, вдруг поняла, что отступать больше не нужно - его глаза смотрели поверх ее головы, на что-то, видимое только ему, страшную тень, намного выше ростом.
Она подняла нож перед собой, лезвием вниз, для верности обхватив его руками, и шагнула навстречу Шото. Меч просвистел у нее за спиной, его предплечье ударило по голове слева. Они столкнулись, налетев друг на друга, и пластины его бронежилета скрипнули под ее локтями.
Взгляд рейдера прояснился и в глазах блеснуло нечто, похожее на человеческое чувство.
Удивление.
Он отступил. Она тоже шагнула назад, выпуская рукоять ножа, торчащего у него в груди, слева, между ремнями брони - и двинувшегося вверх, когда он вдохнул.
Ветер снова хлопнул в куполе над их головами. До Мириам, на самой грани слышимости, донесся странный незнакомый звук - низкое гудение, переходящее в свист.
- Я знал, что ты - еще хуже, чем она... - Сказал Шото, с тем же выражением безмерного удивления поднимая меч, и опять делая шаг в сторону. - Ты... непонятная ведьма.
На втором шаге его нога подогнулась, и он упал, неловко, лицом вперед, вонзив лезвие в песок.
Пуповина памяти лопнула, и желудок Мириам подбросило вверх. Борясь с тошнотой, она прижала руки к животу, почти не видя стоящих перед ней людей - только огни.
- И правда, похоже на Хайда. - Сказал огонь слева, удивленный и испуганный одновременно. - Вот это девка изобрази...
И полыхнул болью. В лицо Мириам брызнуло горячим. Она скорее почувствовала, чем услышала иглы, рассекающие воздух - беспорядочную и неточную очередь.
- Сдохните суки! - Долетел издалека выкрик, знакомый и одновременно невозможный. - Отвалите от нее и сдохните!
Цвета Суонк, погасшие было, снова горели у костра. За первой очередью последовала вторая, и рейдеры бросились врассыпную, падая на песок вокруг Мириам. Та сочла за лучшее последовать их примеру - у воскресшей Суонк явно лучше получалось кричать, чем стрелять. Иглы с визгом отскакивали от скалы, с глухими щелчками пробивали ткань купола. Мириам, извернувшись на песке, поползла было к просвету между канатами и острым каменным краем, за которым, словно за приотворенной дверью, сверкал краешек Атланты - когда кто-то встал у нее на пути. Оттолкнувшись руками от земли, она подобралась, и медленно подняла взгляд: истрепанные фермерские ботинки, пятнистые брюки с кожаными латками, широкий ремень с парой ножен и бронежилет в грязных пятнах с налипшим песком. Дальше было лицо, но она совсем не хотела туда смотреть - окровавленная маска, без носа, в черно-рыжих слипшихся колтунах.
Рейдер, чье дыхание она чувствовала, бросившийся на нее первым.
