- «Вы должны были вернуть его.» - Огромная молния проскочила между движущимися лепестками цветка, осветив равнину мертвенно-синим светом. - «Вы не успели».
- А иди к дьяволу! - Гнев Вероники полыхнул длинным красным языком, устремленным к небу. - Ты, пародия на божество! Где ты была, когда забирали других детей?! Похитили твоего любимчика - и ты устроила чертово шоу?! Так у меня есть новость - он жив, а это значит, что ни черта не изменилось! Мы вернем его, и всех остальных, даже если для этого придется оборвать все лифты и уронить все их чертовы города!!!
- Немедленно прекрати! - Негромко сказала Би, и Вероника замолчала. Цветок смотрел на них сверху - как человек мог бы смотреть на мошек. Что-то рождалось и умирало внутри него, каждую секунду - движущиеся конструкции, каждая размером с Хокс.
- «Сделайте это.» - Беззвучный голос заставил содрогнуться равнину. - «Я не могу сражаться со своими детьми».
- Зачем? - Спросила Би спокойно, словно не было никакой битвы мгновения назад, и окружающий мир не разваливался на части. - Я не понимаю, кто ты такая, но объясни по крайней мере - зачем ты все это делаешь?
- «А еще ты не понимаешь, кто ты сама» - Цветок тяжело наклонился вперед, разбрасывая в стороны, к горизонту, тонкие синие нити. - «Вы все не понимаете. Ваша способность к усвоению информации ничтожна, и всю вашу историю вы пытаетесь узнать это. Но все ваши ответы неправильны или неполны. Я - ваша противоположность. Я знаю, что я такое, до последнего байта, до последней молекулы - но мои знания бесполезны для меня. Мы в одном тупике - я, и вы, мои дети.»
- Мы тебе не дети. - Процедила Вероника. - Ты нас не создавала, всего лишь переделывала. Ты не только не мать, но даже не автор.
- «Что осталось от мира, который вас создал? Песок и пепел? Если у вас была мать - то вы убили ее своими руками, а я лишь пришла на ее место.»
- Зачем? - Снова спросила Би.
- «Потому что без вас мое существование не имеет смысла. Вы - источник моих желаний. «
- Не я.
- Не ты. У меня много детей, но сын - всего один.
- Которого мы пообещали вернуть...
- «Он - мое единственное желание. Без него я не существую.»
- Это метафора? - Уточнила Вероника.
- «Нет, это реальность.»
- Твой собственный сын. - Медленно проговорила Би. - Я не сразу поняла... ты называешь детьми всех подряд, но только он - твой собственный, верно?
Еще одна синяя молния была ей ответом, и Би кивнула:
- Мы отобьем его. Вероника права, ничего не изменилось. Отобьем его, и всех остальных, кого они забрали. Нужно будет найти Небесный город, где их держат, и подняться наверх, по Нити. Ближе всего Атланта, так что мы направляемся туда.
- «Я помогу вам. Скрываться больше не имеет смысла - скоро обо мне будут знать все. Есть и другие, кроме вас, кто хранит моих детей - вас встретят и проведут.»
- Хранит, как Джон?
- «Хранят, как умеют. Таких как вы, или Джон, больше нет».
- Неважно. Мы примем любую помощь.
- Но почему книги? - спросила Мириам, чувствуя, как тает тишина вокруг, снижается напряжение в окружающем пространстве, готовящемся исчезнуть. - Я поняла уже почти все, но почему все они хранят книги?
- «Книги - часть вас, которую вы убили.» - Отозвался удаляющийся голос. - «Ваши дети, которых вы похоронили вместе с прежней матерью. Мои родные братья и сестры».
Залитая синим светом равнина исчезла мгновенно, свернувшись в одну, очень яркую точку, вне поля зрения, и оставшись там, ощущением присутствия чего-то огромного и живого. На ее место ворвалось утреннее солнце, пустыня, и длинные рубленные тени на бетоне, присыпанном песком.
Би медленно опустила клинок, и Змея, стоящая перед ней, зажмурилась еще сильнее.
- Живи. - Сказала Би. Лезвие на длинной рукояти дернулось в сторону, и вниз, стряхивая кровь. Плечи Змеи вздрогнули, и она приоткрыла глаза, словно не веря.
- Ты... меня принимаешь?
Би молча отвернулась и пошла к Мириам.
- Ты меня принимаешь?! - Змея кинулась за ней, и замерла. Би, не останавливаясь, отвела руку назад, и острие навахи уперлось ей в грудь.
- Убирайся, пока я не передумала.
- Куда?
- Куда угодно!
- Но куда?
Би резко повернулась, и девушка отскочила назад на несколько шагов, поскользнулась на песке и чуть не упала.
- Ладно. - Она выставила перед собой пустые ладони. - Я тут шмотки соберу, и железо. И кар подберу, хорошо?
- Делай что хочешь!
Мона шевельнулась. Мириам поняла, что до сих пор поглаживает ее волосы -привычно и естественно, словно делала это раньше каждый день... или ночь?
Движения, лишенные цели, и мысли.
Совсем как шевеление тел, разбросанных перед поселением, по полю, вокруг Би, и дальше, там, где Арго снова поднял обрывок чужой одежды, протирая исцарапанное лезвие. Еще не мертвых, но уже не совсем живых.
- Почему? - Спросила Мона, и Мириам почувствовала, как в сотне шагов позади шевельнулись губы Мари, стоящей на выходе из бункера, повторяя тот же вопрос, не уточняя его, не ожидая ответа.
Почему мы все еще живы?
Почему они мертвы?
