Вот только все будет совсем иначе. Стоит нам уйти отсюда, оставив доступ в подвал открытым, как на нас тут же откроют охоту. Как? Да очень просто. Тот же Гришка, троюродный брат Саши, увидев такое богатство, сразу же кинется его пропивать, и весть об этом тут же разнесется по всей округе. Естественно и власти не останутся в стороне. Одно дело мы по-тихому уедем, не оставив за собой ничего предосудительного, тогда о нас может поговорят с недельку и позабудут. А найди, кто-то золото, так сразу решат, что самое ценное мы увезли с собою, и вполне естественно будут нас искать. И ведь найдут, вопрос только времени. И далеко не факт, что этого времени, нам хватит чтобы уйти за кордон. Там еще можно будет, на что-то надеяться. Здесь вряд ли. Да и кому здесь нужны эти доллары здесь на территории СССР, может лет через сто, да и то вряд ли. Здесь в СССР уже две, а то и три, денежных реформы прошли, кто знает, как с этим будет в Америке. Одним словом, нужно что-то думать, и прятать следы, а иначе, нам удачи не видать.
Сделанные мною документы, точнее говоря справка, выданная Московским Государственным Университетом, на имя Сергея Лугового и Александры Ложкиной, говорящая о том, что студенты выпускники географического факультета направляются в экспедицию, для проверки возможного пути прохождения речных судов от реки Иртыш, через Обь, Обь-Енисейский канал и Ангару, до Иркутска и озера Байкал. С описанием маршрута и составления подробной карты, с описанием местности, и речных глубин, по всему маршруту следования. Внизу стояла приписка, говорящая о просьбе руководства университета, оказывать экспедиции возможную помощь на пути следования. Справка была снабжена грозными круглыми печатями, на прорисовку которых у меня ушел целый день, и штампом народного комиссариата просвещения, за подписью Крупской.
Санька как увидела этот «документ», взглянула на меня такими глазами, будто готова была придушить прямо на месте.
— Ты, что Сережа, смерти нашей захотел. Да любая проверка и нас тут же отправят под конвоем. А то и расстреляют, прямо на месте.
— Ты не права, Сань! Любой проверяющий, едва увидит подпись Надежды Константиновны, тут же вытянется по стойке смирно и бросится исполнять любой наш каприз. Ты же в курсе, что Крупская вдова Ленина. И она как раз и заведует наркоматом просвещения. А ее подпись я видел как-то в газете, под каким-то постановлением, и запомнил. Ничего сложного в ней нету, могу повторить в любой момент, и не отличишь от настоящей. Я конечно допускаю, если бы мы размахивали этой бумагой, где-нибудь в Москве, где можно было бы просто позвонить и проверить. А здесь, на одну проверку уйдет как минимум месяц, да никто просто не поверит, что кто-то решится подделать подпись этой женщины.
— А вот спросят тебя, где в Москве располагается тот самый Университет, что ответишь?
Честно говоря, именно об этом, я как-то и не подумал. А ведь могут спросить. Даже не ради проверки, а просто попадется знающий город, и захочет узнать, как там сейчас, не изменилось ли что. И я поплыву от первого же вопроса.
— Ты права, Сань, а что же делать? Надо же хоть что-то в запасе иметь.
Саша, в этот момент разглядывала вторую бумагу, которую я приготовил в поездку. Ею было направление наркомата просвещения, для молодых специалистов во Владивосток, в качестве школьных преподавателей, по русскому языку и литературе, для Александры Луговой, и арифметике и точными наукам, для Сергея Лугового. Этот документ, хоть и был заверен печатями и подписями, но уже выглядел несколько по проще. К тому же он якобы исходил из Культпросветучилища, расположенного в Челябинске. Это училище я видел еще когда прибыл в город из Берлина и случайно запомнил адрес, потому что табличка находилась как раз на углу дома и бросалась в глаза. А составляя эту бумагу, в голову пришло указать в нарисованном штампе и адрес, что, по моему мнению, делало «документ», более достоверным. Предполагалось его предъявить, если вдруг появятся проблемы с посадкой на поезд до Владивостока.
— А, я, что уже поменяла фамилию? — Удивленно спросила подруга.
— Ну, когда-нибудь ведь это произойдет, надеюсь.
— Ты, делаешь мне предложение?
— Нет, но… Я просто подумал, что если справка будет выписана на двоих, то будет смотреться гораздо естественнее если мы будем считаться супругами.
— Только считаться? Потому, что до венчания, даже и не мечтай, о чем-то большем.
— Сань, ну мы же договорились.
— И ты первый же и сделал все по-своему.
— Хорошо, не супруги. Пусть будет брат с сестрой.
— Это гораздо лучше, но я все же предпочла бы остаться под своей фамилией.
— Мне переделать?
— Не стоит. Но в следующий раз, хотелось бы решать такие вопросы вместе.
