На сладкое положила для сына изюм, курагу и сушёный инжир. Теперь, собранный ей вещмешок, весил столько же, сколько и раньше, но калорий в нём оказалось значительно больше. Мало того, всё продукты, лежащие в нём, уже были готовы к употреблению в военных условиях. Не нужно возиться с приготовлением пищи. Просто бери и с удовольствием ешь.
К вечеру, вещмешок офицера был окончательно собран. Он находился на стуле у наружной двери и ожидал, когда же хозяин отправится в путь. Маме осталось, лишь время от времени, забирать из него черствеющий хлеб и менять его свежим.
Орды фашистов продвигались вперёд. К этому времени, они перерезали железнодорожную линию, ведущую в центр России через Ростов-на-Дону. В Азербайджане скопилось большое число паровозов, порожних цистерн, теплушек и прочих вагонов, как пассажирских, так и обычных, товарных.
Естественно, что властям не хотелось, уничтожать дорогой подвижной состав. Его принялись отправлять его через Каспий, в Туркмению. Для этого поперёк вместительных барж укладывали обычные рельсы, прикреплённые к шпалам.
На верхней палубе судна умещалось от четырнадцати до восемнадцати звеньев. На эти пути загоняли локомотивы, что были сейчас не нужны на всём Апшероне. Рядом с ними ставили тендеры, отцепленные от мощных машин.
Таким хитрым образом, на длинную баржу грузили по семь, восемь, а то и по десять таких паровозов, как «Эхо», «Серго Орджоникидзе» или «Феликс Дзержинский». А каждый из них, между прочим, тянул целых сто и более тонн.
После первого рейса, стало понятно, все эти суда могли бы нести значительно больше. Ведь вдоль обоих бортов имелось свободное место. С тех пор, рядом с транспортным средством, стали укладывать самолёты со снятыми крыльями. Иногда, удавалось вместить до восьми аппаратов. Плюс ко всему, ставили автомашины и сажали в них пассажиров.
Тем же удивительным способом, через Каспий везли, установки нефтеперекачивающего завода, турбины электростанций и прочее оборудование с бакинских заводов. В том числе, катера, способные плавать по реке и по морю.
Обратно в Азербайджан шли вагоны, груженные боеприпасами и различным оружием. Они сходили на берег и без перевалки, немедля отправлялись на фронт, стремительно отступающий к Волге.
Судов, оборудованных для перевозки вагонов, катастрофически не хватало в Баку. Поэтому, пустые цистерны решили буксировать, как обычные баржи. Железнодорожные рельсы подвели к пологому берегу и уложили их так, что они ушли в глубину три с лишним метра.
Оказавшись поблизости, Яков подумал: — «Как же будут спускать эшелоны?»
Всё оказалось на удивление просто. Матросы бросали с катера трос. Железнодорожники крепили его к большому крюку своей длинной сцепки. Буксир осторожно тянул на себя.
Паровоз понемногу сдавал в сторону Каспия. Он тормозил весь состав, чтобы не разгонялся очень уж сильно. Таким образом, резервуары на железных колёсах, один за другим, потихоньку спускались в солёное море.
Каждая «бочка» весила более двенадцати тонн. Однако, они не тонули. Благодаря выталкивающей силе воды, цистерны, как поплавки держались на волнах. Их выводили на рейд и цепляли к тому теплоходу, что уходил в Красноводск.
Моряки сразу заметили, что пустые двадцати пяти кубовые ёмкости слишком уж поднимаются над уровнем моря. Поэтому, ведут себя весьма неустойчиво. После первого рейса, «бочки» взялись наполнять сырой нефтью, добытой в Баку.
С подобной загрузкой, они выступали над волнами только на четверть своей высоты. Увеличенье осадки не позволяло теперь кувыркаться цистернам. Благодаря подобной методе, их соединяли в цепочки. Получался большой караван длинной, до тридцати пяти штук.
Прошло много лет после разгрома фашистской Германии. Поседевший зенитчик решил навестить свою малую родину. Очень хотелось увидеть престарелую маму с отцом, братьев, сестёр и их многочисленных чад.
Яков Малинин взял месячный отпуск, положенный ему по закону, как инженеру-электрику. Купил билет в самолёт «Ил-18» и через два с половиной часа, приехал в столицу Азербайджана, Баку.
Большая часть его времени уходила на посещенье родных, старых друзей и знакомых. В свободные от визитов часы, Яков с наслажденьем гулял по широким бульварам южного города.
С огромным трудом он узнавал дорогие сердцу места, где не бывал уже многие годы. На одном из центральных проспектов, Яков нос к носу столкнулся с пожилым человеком.
Не зная, зачем это делает, Яков напряг ослабевшее зрение. Навстречу ему шёл какой-то мужчина, который опирался на трость. Судя по хромоте и седине в волосах, он был ровесник зенитчика.
На груди пешехода ярко сверкал новенький памятный знак «Участник ВОВ». Он посвящался двадцать пятой годовщине окончания Великой Отечественной. Их изготовили не очень давно и выдавали лишь ветеранам войны. Очередь в военкомате возникла невероятно большая. Черёд постаревшего Якова ещё не пришёл.
Чуть ниже почётного знака, висел целый набор узеньких воинских планок. Среди них бросались в глаза колодки двух боевых орденов — «Красной Звезды» и третьей степени «Ордена Славы».
