— «Непонятно, как наш перевозчик дошёл до этого места?» — удивился зенитчик: — «Видно, внутри оказалась герметичная перегородка. Вода не заполнила отделение с мотором и не потопила увечное судно».
На обгоревшую палубу уже вели узкие сходни, сколоченные из длинных ящиков от тяжёлых снарядов. По ним медленно поднимались бойцы, с забинтованными головами, телами или конечностями.
Вместе с ними, двигалось много гражданских. Большую часть составляли, измождённые женщины и сильно усталые, ревущие дети. Очень редко, встречались старики и старухи. Почти все были ранены, но замотаны не в бинты из походной аптечки, а в какие-то тёмные тряпки. Видно, брали всё то, что нашли в разрушенном городе.
Подошли речники в грязных рваных тельняшках. Они взялись за борта протекающей лодки и потащили её по воде к перевозчику. Привязали канатом к корме, и она вновь оказалась в строю.
Вот только, теперь караван оказался вдвое короче. Остальные судёнышки были разбиты в мелкие щепы и ушли с бойцами на дно. В лучшем случае, их прибило течением ниже по правому берегу.
Несколько пар санитаров тащили кого-то из ближайших кустов. Людей волокли не в носилках, а на грязном брезенте. Клали несчастных на мокрый песок. Брали неподвижных бойцов с двух сторон, как мешок, и быстро укладывали в опустевшие шлюпки.
Все уцелевшие лодки до половины были залиты тёмной водой. Пропитанные кровью, накидки санитары забирали с собой и тут же спешили за другими страдальцами.
— «Переживут ли они переправу?» — со страхом подумал зенитчик. Яков взглянул на своего земляка, бледного, как полотно, отбелённое хлоркой. Харена грузили в ту самую лодку, на которой он прибыл сюда четверть часа назад.
Молодого сержанта устроили впритык к офицеру. Рядом с ними, сели двое бойцов, что были ранены не так тяжело. Головы увечных товарищей они положили себе на колени. Не то ещё захлебнуться, коли вода поднимется выше. Оставшиеся пустые места стремительно заняли жители города. Удивительно быстро все небольшие плавсредства заполнились до максимального уровня.
Яков с удивлением понял, что обстрел почему-то затих. Он посмотрел по сторонам. Зенитчик увидел, что вокруг так же светло, как и днём. Задрал голову к звёздам и тут же отметил, всё там осталось по-прежнему.
Ночные разведчики, как огромные навозные мухи вились над рекой. Световые снаряды пылали не хуже, чем раньше: — Кружат над нами стервятники! — зло подумал зенитчик: — Ждут, когда караваны рванутся назад.
Пятясь, как рак, перегруженный людьми, перевозчик медленно отошёл от песчаного пляжа. Теплоход с трудом развернулся и со всей оставшейся прытью, двинулся к левому берегу. Следом за ним потянулись баркасы и ялы. В них находились раненные бойцы и гражданские.
С обеих сторон, от зенитчика отходили другие плавсредства. Едва они отдалились от кромки воды, как в небе опять зашелестели снаряды. Началась очередная охота фашистов за кораблями и дощатыми лодками.
Майор бросил взгляд на застывшего Якова. Лейтенант словно очнулся от ступора. Он подхватил свои вещи, которые всё же доплыли до этого места. Подбежал ближе к Степану Сергеичу и встал рядом с товарищем, с которым приехал из родного Баку.
Прежде, чем двинуться дальше, трое попутчиков невольно повернулись к реке. Они посмотрели на лодки, идущие за небольшим теплоходом. Небольшой караван скоро скрылся за облаками разрывов.
Было трудно понять, смогут ли такие судёнышки доплыть до левого берега? А если они, доберутся туда, то сколько живых окажется на каждом борту? Две трети, лишь половина или меньше того?
Судя по карте, Сталинград находился с другой стороны длинного острова. Офицеры устремились на запад. Впереди шёл подтянутый седовласый майор, следом спешили два молодых лейтенанта.
Оставшиеся без командира, красноармейцы собрались в тесную кучку. Они оглядели друг друга и поняли ужасную вещь. Из всего отделения уцелело лишь шесть человек. Пять рядовых и ефрейтор, заместитель сержанта.
Их взвод находился на небольшом перевозчике и, при взрыве, погиб целиком. Другие военные, плывшие в караване плавсредств, разбрелись неизвестно куда. Бойцы растерялись. Они совершенно не знали, что же им делать теперь?
Увидев трёх офицеров, идущих на запад, ефрейтор бросился следом. Быстро их обогнал. Встал перед ними. Вскинул руку к мокрой пилотке и отчеканил: — Товарищ майор, разрешите к вам обратиться?
Степан Сергеич спокойно ответил на уставное приветствие: — Обращайтесь, ефрейтор.
Майор выслушал сбивчивый рассказ пехотинца. Повернулся к бакинцу и приказал: — Товарищ лейтенант. Назначаю вас командиром первого взвода сводного отряда РККА. Принимайте бойцов под своё руководство.
Тофик Бабаев козырнул Степану Сергеичу и продолжил его короткую речь: — Товарищ ефрейтор, назначаю вас командиром первого отделения первого взвода. Постройте всех рядовых в походную колонну по двое и идите за мной
