Дерутся они хорошо, но в их подразделение нужно добавить кадровых офицеров, знакомых с тактикой и стратегией современных боёв. Да и дисциплину бы им не мешало, слегка подтянуть. А то ведут себя не, как в Красной Армии, а как у себя на прежней работе. Нет у них ни воинских званий, ни приличествующей субординации.
Поэтому, вам товарищ майор придётся взять командование над разрозненными частями, которые там, сегодня находятся. Вы объедините всех в батальон. Укрепите линию их обороны и будете ждать подкрепления. Как только появится такая возможность, мы к вам его сразу пришлём.
Зенитчика Малинина Якова определили в 1077-й полк подполковника Владимира Евгеньевича Германа. На прощание, парень услышал сухое напутствие немолодого дежурного:
— Данная часть находится тоже на северной окраине города. Пойдёшь туда вместе с пехотой. Доберешься до административного корпуса, стоящего у южной проходной предприятия и найдёшь штаб полка. Там любой тебе скажет, как пройти до него.
Получив свои документы, офицеры с большим облегчением вышли из кабинета дежурного. Там было накурено до такой сильной степени, что дым папирос сильно резал глаза. В коридоре их встретил молодой вестовой. Боец проводил их в соседний подвал, расположенный справа от штаба.
Там они взяли коптилку, стоящую возле самого входа. Зажгли примитивный светильник, из гильзы снаряда в двадцать три миллиметра, и нашли просторную комнату, заставленную железными койками.
Скорее всего, их притащили сюда из близь лежавших развалин. Вместе с кроватями, заодно прихватили матрацы с подушками и одеялами, сильно покрытыми пылью. Зачем же, добру пропадать? А так, слегка отряхнул и ложись, отдыхай со всеми удобствами.
Усевшись на ящиках из-под патронов, они быстро поужинали мясными консервами, которые принёс вестовой. После чего, расположились на удобных лежанках и мгновенно уснули.
На рассвете, лейтенантов с майором разбудил молодой рядовой, служивший при штабе. Им дали время на то, чтобы побриться и сходить в туалет, расположенный в углу большого двора. Затем, накормили горячей гречневой кашей и напоили слабеньким чаем.
После окончания завтрака, их отвели на внушительный склад, находившийся рядом. Каждому из трёх офицеров вручили по солдатскому «сидору», где находился сухой трёхдневный паёк, и плохо постиранные, поношенные кем-то шинели.
Яков внимательно осмотрел то форменное пальто, что дали ему. Парень нашёл в ней три аккуратных отверстия, расположенных в районе груди. Такие же дырки нашлись в верхней одежде других офицеров.
Зашивать их никто почему-то не стал. То ли, на складе считали, что не стоит возиться на фронте с такой ерундой? То ли, у них не нашлось и минуты свободного времени?
Мало того, каждому лейтенанту вручили по снаряжённому пистолету и по две запасные обоймы с патронами. Выпускники военных училищ с воодушевлением взяли и осмотрели первое боевое оружие в их самостоятельной жизни.
Бакинцы тотчас убедились в идеальной работоспособности всех частей механизма, предназначенного для убийства врагов, и весело переглянулись друг с другом. Они были очень рады тому, что получили новейший «ТТ», а не допотопный «Наган». Ведь с тем револьвером, ещё их отцы воевали в Первую мировую войну, а так же в Гражданскую.
Как не верти, а последняя разработка Фёдора Токарева вмещала восемь зарядов. То есть, на одну штуку больше, чем барабан бельгийских умельцев. А если загнать в ствол патрон, а после вставить обойму в полую, очень удобную ручку, то получалась, даже на два.
Правда, подобные действия запрещены «Уставом» РККА, но кто начнёт проверять оружие офицера на фронте? Главное, что в этом случае, уйдёт меньше времени на открытие прицельной стрельбы. Скинул предохранитель и сразу пали по врагам.
Несмотря на один и тот же калибр — 7,62 мм, пуля, выпущенная из пистолета, летела значительно дальше, чем револьверная и обладала куда большей убойностью.
На прицельной дистанции в полсотни шагов она прошивала бревно толщиною в бедро человека, а уж тело любого фашиста, проскочит, без всяких усилий. Да и того, что будет за ним, запросто сможет убить.
Наконец, выпускники военных училищ выбросили надоевшие тряпки, что уже долгое время лежали в их кобуре. Лейтенанты поставили пистолеты на предохранитель. Вложили в чехлы из коричневой кожи и ощутили, что на душе стало спокойнее.
Каждый молодой человек был очень уверен в собственных силах. Ведь теперь, у них при себе по две дюжины боевых, а не учебных, патронов. Значит, они отобьются от отделения гитлеровцев, а то и от двух.
Затем, офицеров препроводили во внутренний двор, закрытый с севера, юга и запада. Судя по стрелкам часов, солнце только взошло над степями Заволжья. Косые лучи отражались от облака пыли, парившего над Сталинградом. Благодаря такому эфекту, на улице было довольно светло.
Чуть в стороне, на развалинах, сидели бойцы, которые ночью отдыхали в соседнем подвале. Лейтенанты взглянули на сводный отряд и с облегченьем вздохнули. Полураздетые красноармейцы теперь были одеты и нормально обуты. Правда, им дали старую форму, снятую с погибших солдат.
