Но даже так меня в принципе все устроило. Я выбрал площадку неподалеку от выезда с территории, чтобы автомобиль находился на глазах у охраны. Особого смысла, в этом, как оказалось в дальнейшем не было. Пока же подошедший охранник, помог подключить мой автомобиль к канализации, вывод которой имелся на каждом участке, электричеству и водопроводу. После чего, бортовая сеть была синхронизирована с подаваемой энергией извне, и у меня в моторхоуме появились свет и вода. Здесь же на площадке где стоял мой автомобиль, присутствовали счетчики воды и света, которые при мне были обнулены, и опечатаны. Теперь перед отъездом с площадки, я был обязан оплатить счет, после чего мне позволялось покинуть парк.
Выделенная площадка была достаточно велика. Мне удалось растянуть навес, который входил в комплект автомобиля. Хотя большой нужды именно сейчас в нем не было. Кроме того, до меня довели и тот факт, что я могу взять допустим в прокате разъездной автомобиль и стоянка для него, возле моего «дома» будет бесплатной. Это было хорошее предложение, хотя по большому счету мне это было не нужно. Колледж находился в трехстах метрах от стоянки, кафе и магазины, тоже в шаговой доступности, поэтому особой нужды в этом не было.
Мой обычный день, происходил следующим образом. Проснувшись поутру, я приводил себя в порядок, жарил дежурную яичницу с беконом и пил кофе, и подхватив конспекты отправлялся на занятия, где проводил время, примерно до полудня. Иногда, эти занятия проводились в индивидуальном порядке, иногда, когда дело касалось общих предметов, меня приглашали в одну из групп. По наступлению полудня, объявлялся обеденный перерыв. В это время я отправлялся в близлежащее кафе, где плотно обедал. Кафе принадлежало выходцу из немецкой семьи, и потому некоторые его блюда, были очень похожи на привычные мне. С некоторыми оговорками, но тем не менее. Например, мне нравился капустный суп, который он готовил. Фактически это были обычные русские щи, то есть в моем понимании борщ, но сваренный без добавления свеклы, которую я с детства не переваривал, правда Ганс, готовил этот суп на подкопчённых ребрышках свинины, но даже в таком виде, он мне пришелся по вкусу. Единственное, от чего мне пришлось отказаться, так это от чесночных сдобных булочек, подаваемых к этому блюду. Увы, распространять чесночное амбре в колледже мне не хотелось, хотя и было все очень вкусно.
После плотного обеда, я немного прогулявшись по близлежащему скверу, вновь возвращался к учебе, следующие два часа были отведены консультациям по экзамену. Здесь я, как это было принято и в СССР, учил вопросы, которые должны будут находится в билетах, и отвечал по этим темам преподавателю. Единственное отличие состояло в том, что вопросы подавались бессистемно. То есть в каком порядке они будут находиться в будущих билетах я не знал, и потому приходилось учить все подряд. При этом вопросы могли касаться тем любого курса. После чего, мне выдавалось задание на следующий день в прибавку к тем темам, что я проходил с утра, и я отправлялся домой.
Здесь чаще всего, заварив себе кофе, сразу же садился за выполнение заданий, на которые чаще всего уходило около часа, или чуть больше времени, после чего, вновь отправлялся в кафе, где брал себе кружечку пива и сосиски с гарниром. После чего возвращался домой, и смотрел телевизор, или просто бездельничал. Телевизор, я приобрел уже на третий день пребывания тут, при этом постарался выбрать пусть не слишком большой, но такой, чтобы он пригодился мне и в дороге. Чтобы не растрясти его во время путешествия. Зато теперь, благодаря ему, мне было чем заняться вечерами.
Это произошло к самому концу моей учебы, занятия в колледже завершились, я уже сдал экзамены, и собирался покинуть этот городок сразу же как получу документы. Поэтому большую часть времени, я проводил в своем фургоне лишь изредка покидая его, чтобы дойти до кафе Миллера и перекусить, или же просто прогуляться по скверу неподалеку. Дело в том, что к моменту моего появления здесь, ажиотаж связанный с моею находкой уже слегка спал. И хотя меня узнавали в кафе, колледже, или же иногда на улицах, большого волнения это уже не вызывало. Разве что в том же кафе, где я обедал и ужинал, на стене появилась довольно большая цветная фотография, изображающая меня с находкой в руках, и моим автографом. По словам Ганса Миллера, это принесло ему как минимум с десяток новых клиентов. Многие, желали сфотографироваться рядом с висящим на стене постером, и Ганс похоже что-то имел на этом. Впрочем, это его бизнес, и я в это не вмешивался. Мне было достаточно его доброго отношения ко мне.
