– Вот теперь хорошо, мой рыцарь, – довольно произнёс король. – И, пожалуй, можно поговорить о твоей просьбе. Я согласен отдать тебе в жёны леди Валу де Плешар, если она сама не имеет возражений. Хотя, судя по её виду (король лукаво улыбнулся), леди не против. Только приданое ей я всё же дам. Это уже вопрос моей чести. Пятнадцать золотых монет, полагаю, послужат достаточным вознаграждением за утраченное владение.
В зале зашептались. Сумма была поистине щедрой.
– И я хочу, чтобы вы обвенчались здесь, в моей часовне, – завершил свою речь Генрих. – Завтра утром, сразу после службы. До завтра, рыцарь Лорэл. До завтра, леди Вала.
Король повернулся к своей жене, спрашивая глазами, довольна ли она тем, как он решил вопрос. Алиенора ответила ему нежным любящим взглядом, и Генрих понял, что угодил любимой женщине. Он очень любил делать ей приятное и радовать её.
Вала и Ричард ещё раз низко склонились перед королём и, пятясь назад, отступили к выходу. За ними продвигался Тим. Только выбравшись, наконец, во двор, они повернулись лицом друг к другу и посмотрели в глаза. Во взгляде Ричарда читалась тревога.
– Я подумал, что лучше я, чем кто-то другой, леди Вала, – хриплым от волнения голосом сказал Ричард. – Я, во всяком случае, никогда вас не обижу. А с тем, кто вам дорог, вам ведь всё равно не быть вместе.
– О чём это вы говорите, милорд? – удивилась женщина.
– О великолепном лорде Грее, который живёт в вашем сердце и которого вы вспоминали даже в объятиях шотландца.
Вала вздохнула с облегчением, глаза её засияли – так вот в чём дело.
– Глупый, какой же ты глупый, Ричард, – нежно сказала она. – Я давно уже люблю тебя, тебя одного и к тебе рвалась из плена. Но ты ведь женат.
– Был, – выдохнул рыцарь, от радости потерявший голову. – Был женат, Вала. Моя жена сбежала от меня к шотландскому лорду и вскоре умерла, рожая его бастарда. Так что я уже давно свободен. Хотя нет, теперь уже не свободен, а почти женат.
Не в силах больше сдерживаться, он прижал к своей груди женщину, которая стала для него дороже жизни, и принялся покрывать жадными поцелуями её лицо, глаза, волосы. Опомнился только тогда, когда услышал смешок рядом – какой-то мужчина с удовольствием рассматривал их, довольно подбоченясь. Ричард улыбнулся ему и отвёл свою любимую в сторону.
– Давай наших коней, оруженосец, – весело сказал он Тиму. – Мы едем домой.
Тим, сияя счастливыми глазами, побежал выполнять поручение. Всё складывалось самым замечательным образом. Его леди никуда больше не поедет, и они все вернутся в Лейк-Касл. Как хорошо!
И Вала, и Ричард были на седьмом небе от счастья. Оба мечтали об этой любви, и оба считали её невозможной, хотя и по разным причинам. И вдруг – такой подарок судьбы. Они не могли глаз оторвать друг от друга, не могли разнять сплетённых рук. Но надо было ехать в тот дом, где они нашли себе пристанище, и где ждали их люди. Нужно было готовиться к завтрашней церемонии и к отъезду. Больше им нечего было делать в этом большом неуютном городе – он дал им всё, что мог. И за одно это они будут всегда вспоминать его с благодарностью. Но оставаться здесь не хотелось.
Оставленные на постоялом дворе люди действительно с нетерпением ожидали господ. Воины из Лейк-Касла очень хотели вернуться к себе в горы. Там им нравилось гораздо больше. Там были их родные края. Иста же нервничала из-за полной неясности с будущим. Она понимала, что вряд ли удастся получить обратно наследство её хозяйки – слишком долго оно оставалось в чужих руках. И куда им теперь идти?
Когда появились господа вместе с Тимом, никто поначалу не мог понять, что произошло – все сияли как весеннее солнце. С чего бы это? А когда Ричард объявил о решении короля, воздух взорвался мощным взрывом ликования – мужские голоса звучали громко и слажено. Иста утирала слёзы. Такой исход событий был невероятной удачей. Ведь не слепая же она, и видела, как эти двое терзались предстоящей разлукой. А король одним мановением руки соединил их. Дай, Господи, здоровья, процветания и крепких сыновей молодому королю Генриху!
Началась активная подготовка к завтрашнему дню и отъезду. Иста вместе с Валой перебрали все имеющиеся одежды. Ничего не годилось для такого торжества. И купить что-то было уже невозможно. Тогда Иста, вооружившись иглой, взялась за дело. Из двух нарядов, более-менее сохранивших приличный вид, она сделала один, углубила вырез, добавила немного оборочек – стало красиво. И тут, наконец, пригодилось жемчужное ожерелье, которое так и осталось невостребованным при первой свадебной церемонии. И хорошо, что де Варуны не узнали о нём, иначе отобрали бы и его. А сейчас оно тепло светилось в руках у Валы.
Вечером сделали праздничный ужин – всё же такой исход событий надо было отметить. А потом, в обход всех правил и требований, Иста проводила молодых в опочивальню. Ну и что? Пусть раньше времени, но они ведь не дети невинные, и где потом в дороге найдут возможность уединиться?
