– Тебя кто-то обучал бою? – я решил сменить тему.
– Меня учил фехтовать мой наставник, Виртур, – начала спустя некоторое время вампирша, внезапно помрачнев. – Позиции, стойки, вольты, блоки. Дальний и ближний круг. Укол, перехват, контрудар… Ты, наверное, этого не знаешь? Твои движения грамотные, но совсем уж варварские.
– Фехтование мало поможет в охоте, – я спокойно пожал плечами. – Иногда сила нужнее умения. Виртур был хорошим мечником?
– Я понимаю, зачем ты меня расспрашиваешь, честно, однако… Сейчас мне хочется спросить про кое-что другое. Ты не спрашиваешь про тех, кто воспитал меня, хотя я уже немало наговорила. Ты убил Гирана… и точно сталкивался с ним и раньше. Ты знаешь, кто мой отец, точно знаешь. Почему же тогда…
Рели умолкла, стоило очередной крытой повозке показалась за поворотом. Ею правил молодой парень в коротком светлом жилете и рубахе. От него пахло целым ворохом свежих рассказов, в которых он сам наверняка и выступал главным героем, а в горящих глазах отражалась веселая храбрость одинокого, но удачливого торговца.
– Добрый день, господа инквизиторы! – остановил он повозку и поприветствовал нас. – Меня зовут Кассий, я странствующий купец. Как раз возвращаюсь домой после долгого путешествия. Вы, случаем, не бывали в Дагарте?
– Да, только оттуда, – хмуро ответила Рели. – Боюсь, город скоро ждут немалые перемены.
– Быть может, только перемены городу и помогут, – на мгновение погрустнел купец, но затем снова засиял. – Но меня ждет невеста, поэтому мое сердце и мои мысли уже давно там. Быть может, вы и мою возлюбленную знаете? Её зовут Ферра, она живёт у северо-западной стены…
Девушка бросила горестный взгляд в мою сторону. Она хотела, чтобы я молчал, хотела, чтобы я не доставал этот проклятый кулон, который нужно было оставить Местиру… Но понимала, как нужно поступить на самом деле.
– Кассий, послушай, – прервал я его, – у меня есть для тебя кое-что.
– Для меня? Что это… Мой кулон! Но я же его… Откуда он у вас? Что произошло в Дагарте? Где Ферра?
Кассий яростно закидывал меня вопросами, его прежняя доброжелательность исчезла без следа. Он был напряжён и собран. Образ торговца истлел, и наружу вышло что-то другое. Что-то, что я видел совсем недавно… Что-то, что истребил своими руками.
– Воры залезли в их дом и подожгли его. Ферра и её мать не выжили. Кулон мы нашли у Мереона в лавке.
Из торговца будто вытащили стержень. Он обмяк, лишился всей энергичности, отпустил поводья и спрятал лицо в руках. Кассий не плакал, не кричал в гневе, но стал лишь каким-то безжизненным и бесцветным. Когда парень наконец взглянул на меня, в его широко распахнутых глазах, сжатых губах и трясущейся шее я не видел ничего, кроме холодной ненависти.
– Я… прошу лишь об одном. Заберите его, увезите, закопайте, уничтожьте. Я сам… Сам подарил ей это! Сам стал причиной её гибели!
Ненависть, пожалуй, самое опасное чувство, что существует в мире. Безжизненное пепелище, на котором не может что-то расти. Такие, как он, могут спалить город дотла в поисках ублюдков… и не только стать еще одним бессмысленным трупом в общей горе, но и добавить туда немало других душ.
Мне пришлось в мгновение ока соскочить с коня, забраться на козлы и схватиться за его плечи. Как обернуть ситуацию? Что бы сказал Бертольд, чтобы успокоить парня и не допустить расправы?
– Успокойся и дыши, – медленно проговаривал я. – Смотри мне в глаза. В глаза, давай же!
– Я не вижу твоих глаз, – прошептал Кассий, с трудом поднимая голову.
– Видишь, но не различаешь. Дыши глубже, волк. Есть вещи, которые изменить нельзя. Твоя жизнь не из таких.
– Ты знаешь, кто я…
– Не опускай взгляд. Неважно, кто ты есть. Важно, что ты сделаешь. Представь, что ты их найдешь. Что будет дальше?
На лице торговца появилась хищная ухмылка. Показались звериные клыки. Мышцы шеи дернулись, вены раздулись, но какой-то невидимый ошейник крепко держал сознание несмотря ни на что. Безрассудства в крови Кассия было в разы больше, чем у всех встреченных мною оборотней, но мне все равно не хотелось лишать того жизни.
– Я буду рвать. Рвать их животы, внутренности, перемещаясь всё выше и выше. Потом глотка, выгрызу лицо, начиная с глаз. И сожру первого на глазах у остальных, чтобы остальные почувствовали, что месть совсем рядом, и ее нельзя предотвратить…
– Рви. Мучай их. Грызи. Представь, как ты это делаешь…
Каждая мышца его тело напряглась, зловещий оскал перерос в безумный смех. Рели медленно потянулась за стрелой. Я положил ладонь на его лоб. Бертольд мог такое провернуть, но мне почему-то внезапно стало страшно допустить ошибку.
– А теперь всё. Твоя Ферра отомщена, убийцы похоронены. Что теперь?
Кассий отпрянул и сделал несколько шагов назад.
– Ты пытаешься отговорить меня?
– Стой…
– Ты не понимаешь! Я найду этих отродий! Я…
– Я знаю. И верю, что найдешь. Но Ферра не хотела их смерти. Последние её мысли были о тебе.
– Откуда ты знаешь?! Хочешь обмануть меня?!
– Она стала призраком, – вмешалась Рели. – Каднер вернул её в цикл перерождения. И перед этим она лишь просила вернуть кулон.
