— Спокойно! — повысил голос я. — Ситуация здесь не совсем обычная. Во-первых, никаких правил я не вводил, а лишь рассудил, как мне показалось, по справедливости. Вы не захотели рисковать, заходя в здание с предполагаемыми ловушками, а я рискнул, поэтому и забрал все, на что был поставлен этот риск. Во-вторых, даже если исходить из этого надуманного вами правила, то тут тоже не все гладко. Никто из нас ничем ни рисковал, обыскивая этот дом. По сути, мы наткнулись на него случайно. Но, — вытянул я указательный палец вверх, — Нойс действительно увидел ключ первым. Поэтому за ним преимущество.
— Да бред все это полный! — снова воскликнул Ролдан. — Он просто стоял ближе всех к этой гребаной руке, вот и все. На его месте мог оказаться кто угодно.
— Но оказался-то я!
— Заткнись лучше!
— Сам заткнись!
— Спокойно! — еще громче произнес я и пристально посмотрел в глаза Ролдану. — Уймись. Мы все здесь в одинаковом положении. У нас мало времени, холод становится сильнее, а ссора все только усложнит.
— Вот именно, что мы все в одинаковом положении. Поэтому…
— Поэтому ты считаешь, что ключ должен достаться тебе? — возмутился Нойс, выпрямляясь во весь рост. Ладонь сжала рукоять меча, который он только что позаимствовал у мертвеца. — А не охренел ли ты вконец?
Лицо Ролдана изменилось: покрылось мелкими красными пятнами, в глазах сверкнул недобрый огонек. Понизив голос, отчего тот стал хриплым и пугающим, напарник процедил сквозь зубы:
— Не смей перебивать меня, сучий выродок! Никогда. И нигде. Не смей. Перебивать. Ты меня понял, ублюдок?
Все, дело засмердело потасовкой.
— Заткнитесь оба! — рявкнул я. Положил правую ладонь на грудь Ролдана, а левой чуть оттеснил Нойса.
Повисло тяжелое молчание. Я выждал короткую паузу и заговорил. Спокойно, но твердо.
— Сейчас, именно в этот момент, тысячи имперцев наблюдают за нами. И ждут, пока один из вас не вцепится в глотку другому. Смотреть на то, как мы из кожи вон лезем, выполняя дурацкие задания старого хрыча, им не особенно интересно. Им нужна кровь, понимаете? Наша кровь! Поэтому локсы и создают все эти ситуации. Все для того, чтобы мы сгрызались между собой как стая волков.
Оба молчали, выдыхая белый пар и сверкая глазами.
— Сейчас всем нужно успокоиться и решить, что делать дальше, — продолжил я. — Но сделать необходимо это, руководствуясь холодным рассудком, а не горячими эмоциями.
— Согласен с тобой, Шой, — произнес Ролдан. Пламя, которым он готов был метать из глаз, стало гаснуть. Он отпрянул от меня. — Предлагаю бросить жребий. Всем троим. Пускай слепая удача решит все за нас, раз сами мы не в состоянии. Так будет справедливо.
— Нет, Ролдан, — покачал головой я. — Мы сделаем по-другому. Должны сделать, во всяком случае. — Он хотел снова возразить, но я повысил голос и пресек попытку. — Давай рассуждать исходя из здравого смысла. Откинем недавнее правило в сторону и посмотрим на ситуацию со стороны, непредвзято. Ты одет в костюм, который пока что согревает твое тело. Мой нагрудник тоже обеспечит меня теплом на некоторое время. К тому же у нас есть «электрокостер» на более суровый случай. На Нойсе же кроме первичного комбинезона, который мало чем отличается от пижамы, и почти изношенного защитного жилета, ничего нет. Он уже замерз, а дальше будет только хуже. Поэтому я предлагаю отдать ключ ему и отправить на платформу. А мы с тобой продолжим поиски.
Повисло молчание, тяжелое, как грозовая туча.
Ролдан опустил взгляд, глубоко вдохнул и выдохнул, обдав нас густой струей пара. Его лицо снова приняло нормальный цвет. Нойс тоже остыл.
— Хорошо, пускай идет, — негромко произнес Ролдан, поднял взгляд на спутника и добавил. — Но ты, сосунок, впредь помни: мне и Шою ты должен по одной жизни. Понял?
— Мне он ничего не должен, — сказал я. — Как и тебе, Ролдан. Не забывай, где мы и как сюда попали.
Спутник шумно выдохнул, поморщился и отвернулся, как бы показывая, что совершенно не желает здесь находиться. Нойс все это время хранил гробовое молчание.
— Ладно, черт с вами, уроды! — махнул рукой Ролдан и зашагал к выходу. Перед тем, как покинуть дом, бросил через плечо: — Я уступаю тебе, Нойс, только потому, что ты слаб и немощен, и никто, кроме нас, о тебе больше не позаботится… Я буду снаружи.
— Как-то неловко вышло, — виновато покосился на меня Нойс. — Чувствую себя… по-дурацки.
— Все нормально. Вчера ты мог мне не помогать… но все же помог, рискуя всем. Так что давай, вали уже отсюда, — хлопнул я его по плечу и добавил: — Только дай мне ключ на минуту. Попробую по его пси-отпечатку отыскать местоположение других.
