Спустя некоторое время они сидели на кровати – Леон полубоком, прислонившись правым плечом к стене, Аврора свернулась рядышком в клубочек, склонив голову ему на грудь. Волосы она распустила перед соитием, и теперь они ниспадали на её белоснежные плечи мягкими тёмными волнами. Леон, одной рукой приобняв её за спину, другой перебирал их, поражаясь их шелковистости и вдыхая слабый, едва различимый аромат полыни. Аврора всё ещё слегка дрожала, но на лице её, когда она подняла голову, не было слёз, лишь глаза блестели ярче обычного.
– Сударыня? – Леон решил держаться с ней исключительно вежливо, чтобы она, не дай Бог, не подумала, что упала в его глазах после произошедшего. – Надеюсь, вы не жалеете о... о том, что случилось?
– О нет, что вы! – она блеснула глазами и чуть смущённо опустила их. – Мне никогда ещё не было так хорошо!
«Должно быть, ваш молодой муж был не особо опытен в подобных делах», – подумал Леон с внезапно накатившим чувством гордости за себя, но говорить такие вещи Авроре было бы бестактно, и он тоже опустил глаза.
– Надеюсь, я не сделал вам больно?
– Нет-нет, всё было прекрасно! Я так давно мечтала о вас, и вот наконец это случилось!
– Мечтали обо мне? – Леон в изумлении вскинул на неё глаза.
– Да, с тех самых пор, как увидела вас без ру... – она быстро замолчала, и румянец сильнее прилил к её и без того порозовевшему лицу.
– Без рубашки? – хмыкнул Леон. – Что ж, я польщён. Не думал, что смогу понравиться вам, особенно в таком разодранном виде, в каком предстал перед вами около недели назад. Вы мне тоже понравились... нет, я влюбился в вас, – перебил он сам себя, – ещё со времён праздника урожая, если не раньше.
– Вы влюблены в меня! – Аврора всплеснула руками. – Боже мой, но почему вы всё это время молчали?
– Я был уверен, что вы отвергнете меня, – он пожал плечами и поморщился от новой вспышки боли. – Как бы это выглядело: молодая прекрасная вдова, хозяйка замка, и неизвестно откуда приехавший незнакомец, который и прошлое-то своё толком не помнит?
– А я-то была уверена, что вы влюблены в другую, – прошептала Аврора, и на глаза её вновь навернулись слёзы. – Как глупо вышло! Сколько времени мы потратили впустую!
– В кого же я мог влюбиться в этом диком краю? – усмехнулся Леон. – В Гретхен? В Вивьен? В Люсиль де Труа?
– Почему нет? Вам же нравятся рыжие...
– Ну, она в любом случае была слишком молода для меня, – протянул он, несколько озадаченный словами Авроры. Ему и правда нравились рыжеволосые женщины, но откуда она-то об этом знает? Он вроде нигде об этом не обмолвился, даже в разговоре с Бертраном...
– Молода, красива и умерла раньше срока, – ожесточённо произнесла Аврора, и губы её сжались, словно она пыталась сдержать сильную боль. – Сегодня умер ещё один человек, возможно, виновный в её смерти. Умер, потому что я принесла ему яд! Люсиль мертва, Чёрный Жоффруа мёртв, а я сижу здесь, с вами, и мне хорошо! Я не заслужила этого удовольствия, не заслужила любви, не заслужила...
– Полно, перестаньте! – Леон испугался, что сейчас она снова разрыдается. – В смерти Люсиль вы не виноваты, виноват только её убийца. А Чёрный Жоффруа в любом случае был разбойником и головорезом и заслужил казни. Что касается вашего милосердия... я думаю, вы поступили правильно. Я однажды тоже, – он сглотнул, – убил человека из жалости к нему. Это было давно, я тогда ещё служил в рядах королевских гвардейцев. Мне с моим отрядом поручили арестовать преступника. Мы отыскали его, загнали в угол, и я столкнулся с ним лицом к лицу – он стоял, сжимая в руке нож, от которого пользы было столько же, сколько от вышитого носового платочка, он совсем не умел им владеть... И я видел ужас в его глазах, видел, что он боится заточения и боли, я знал, что его будут пытать. И я заколол его – выбил нож и вонзил шпагу ему прямо в сердце.
Аврора передёрнулась и на миг прикрыла глаза, но ничего не сказала.
– Позже Кольбер поносил меня на чём свет стоит, утверждая, что я должен арестовывать, а не убивать преступников, но мне было всё равно. Я знал, что спас его от пыток и мучений, и знал, что поступил правильно. И сейчас я бы поступил точно так же. Так что, как видите, уж кто-кто, а я точно не стану корить вас за проявленное милосердие.
– Благодарю вас, – сдавленно проговорила она. – Но что совершил тот преступник с рыбьими глазами? Он тоже разбойничал? Или нападал на женщин?
– Он был крупным вором и карточным шулером, если мне не изменяет память... – Леон споткнулся на полуслове и уставился на Аврору ещё более изумлённо, чем раньше. – Постойте, откуда вы знаете, что у него были рыбьи глаза? Я совершенно точно вам этого не говорил!
– Я... не знаю, – она снова побледнела и затравленно огляделась, будто готова была сбежать из комнаты Леона в одной рубашке. – Я просто представила его таким – с пустыми и холодными рыбьими глазами... У Чёрного Жоффруа они стали такими же пустыми перед казнью...
