— Этот преступник был переодет монахом. Его схватили в непотребном доме в Мияносите. Он убил еще одного человека в Одаваре. Он был очень пьян, когда его брали полицейские. Говорят, что это он устроил заварушку на переправе через Таму.
— Какой он с виду?
— Безголовый, я думаю. Полицейские сразу увели его в горы, еще в темноте. Я слышал, этого человека казнили у заставы сегодня на рассвете. Его голова выставлена у дороги.
— Ты слышал еще что-нибудь?
— Нет, ваша честь.
— Спасибо тебе.
— Я изучал те ходы, которые вы показали мне, ваша честь.
Мальчик не решался прямо попросить Хансиро сыграть с ним в го[25], но бросил жадный взгляд на игральную доску, разложенную на низком столике. Он мечтал поступить в школу го в Эдо.
— Дорога длинная, а время позднее, — ответил Хансиро.
Мальчик понял: друг их семьи не станет играть с ним сегодня. Он поклонился и ушел, оставив Хансиро одного.
У воина из Тосы не было семьи: мать его умерла при родах, а отец Хансиро, когда сыну исполнилось шесть лет, был убит в стычке с компанией
Мальчика-сироту взял на воспитание господин его отца, второразрядный князь с доходом всего в пятьдесят тысяч
Князь уехал в Эдо и оставил сына управлять поместьем, но тот промотал наследство с красавицей-куртизанкой. Слуги князя лишились своих мест. Княжеская семья продала все, что у нее оставалось, но выручка досталась ростовщикам. Урожай риса был заложен в пользу заимодавцев. Токугава Цунаёси отдал поместье одному из Яманути.
Отец молодого князя публично отрекся от сына. Сын стал нищенствующим священником и в одних лохмотьях отправился к святыням замаливать свои грехи. Когда молодой человек прощался с Хансиро, тот думал, что его душа не сможет вместить такого огромного горя. Теперь, сидя на балконе «Ласкового приюта»,
«Нет пестрой кошки. Теперь крысы лезут в дом, суют нос в горшки», — неожиданно вспомнил он строки Кандзано, сумасшедшего поэта с Холодной горы. Да, как только Хансиро услышал, что Кошечку обезглавили, горькие мысли стали хозяйничать в его душе слишком вольно. К тому времени, когда воин из Тосы собрал свои немногие вещи и попрощался со Снежинкой, он уже решил, что ему делать.
Прежде всего, он убедится, что голова, выставленная у заставы, действительно снята с плеч той, за кем он гнался, — красавицы с несчастливой судьбой. Он помолится о ее душе, а потом отправится дальше на запад.
Власти наверняка осмотрели тело убийцы, обнаружили, что казнили женщину, и выяснили, что это была незаконная дочь князя Асано, но не объявили об этом. Возможно, они даже решили держать позорное для них дело в тайне, чтобы избежать скандала.
Слуги князя Ако заслужили право узнать правду о судьбе дочери своего князя. Хансиро расскажет о борьбе и гибели советнику князя, Оёси, который, по слухам, кутит в Киото. Сделав это, он дойдет до берега моря и наймет лодку, которая переправит его на родной остров Сикоку. Он уединится там в гроте у моря и больше никогда не вспомнит о княжне Асано.
В сумерках Хансиро подошел к заставе Хаконэ. Он медленно прошел мимо четырех подставок с головами, поднятыми на уровень глаз для удобства зрителей, и прочел надписи на установленных рядом табличках. Дойдя до последней головы, он повернулся и пошел обратно.
Хансиро внимательно осмотрел остекленевшие глаза, открытые рты, посиневшую кожу, спутанные космы распущенных волос и оскаленные зубы страшных останков. Потом он долго стоял, глядя в небо поверх ограды заставы.
Губы воина из Тосы сложились в едва заметную улыбку: он снова недооценил княжну Асано! Ну конечно, она проскользнула сегодня у него под носом. На лице Хансиро не отражалось ничего, но его душа взлетела от радости под облака, как воздушный змей в виде дракона, подхваченный ветром второго месяца. «Ветер нельзя поймать сетью», — вспомнил он старую поговорку.
Хансиро подошел к заставе и предъявил подорожную. По другую сторону ограды он нашел чайный дом, куда часто заходили охранники и писцы. Глотая горячий чай и глядя на непрерывно падающие капли только что начавшегося мелкого дождя, он старательно прокручивал в уме образы путников, проходивших мимо «Ласкового приюта».
Это были простые люди, какие обычно встречаются на Токайдо, паломники, служащие, посредники больших торговых домов, монахи, странствующие ремесленники, носильщики, погонщики вьючных лошадей, крестьяне с грузами всех видов. И Мумэсай — воин с запада, который рисует Бэнкэя на мосту Годзо.
