Прежде ей доводилось видеть плотников, точильщиков, бондарей, садовников и каменщиков, выполнявших работу, которая казалась непосильной для хрупких человеческих мышц, жил и костей. Она встречала крестьян, перетаскивающих на себе груз, весивший столько же, сколько они сами, на далекие расстояния. Но никогда не думала, что профессия речного лодочника столь тяжела.
Всю вторую половину часа Обезьяны эти люди боролись с рекой, а до противоположного берега даже теперь оставалось целых пять
Касанэ схватила госпожу за руку:
— Смотрите!
Кошечка повернулась и увидела выше по течению баржу, захваченную водоворотом. Она двигалась уже неуправляемая, и неслась прямо на них в наступающей темноте. Казалось, баржа на своем пути поглощает все окружающее и оставляет за собой черную пустоту.
Кошечка прижала Касанэ к себе и погладила ее по мокрой голове, как ребенка.
— Никто из нас не вечен, — попыталась она утешить свою спутницу.
Но эти слова не особенно ободрили Касанэ. Дочь рыбака хотела дожить до той минуты, когда услышит голос своего поклонника. И она боялась, что речные черти утащат ее под воду и высосут ее внутренности.
— Слава Будде Амиде! — молилась она нараспев, уткнувшись лицом в куртку Кошечки. От этого приглушенного тканью монотонного пения у Кошечки щемило в груди.
Обнимая Касанэ, Кошечка смотрела, как баржа надвигается на их суденышко. Вот уже скользкие черные доски борта нависли над головами беглянок и заслонили от Кошечки все окружающее. Она увидела ужас на побледневших лицах пассажиров баржи, которые цеплялись за все, что попадалось под руку. Эти люди что-то кричали, но что — нельзя было разобрать в стихии.
Кошечка не дрогнула, когда баржа зацепила нос плоскодонки, толкнув его с такой силой, что шпангоуты лодки затряслись, как кости мертвеца, вставшего из могилы. Потом раздался скрип мокрого дерева: борт баржи проехался вдоль борта маленькой лодки.
Огромное рулевое весло, вырезанное из ствола кипариса, болталось из стороны в сторону в гигантской уключине и при каждом взмахе било в корму плоскодонки. Кошечка уже решила, что их суденышко вот-вот разлетится на куски. Но тут баржа отлипла от них. Через мгновение она со скрежетом и треском наскочила на подводный камень. Пассажиры баржи взлетели вверх, подброшенные толчком, и упали в воду, которая тут же сомкнулась над их головами. Баржа разломилась пополам, как игрушечный кораблик.
Должно быть, она отвлекла на себя всех злых духов реки, потому что дальше переправа прошла без приключений. Кошечка так хорошо подготовилась к смерти, что удивилась, когда лодка вошла в илистую лагуну западного берега Ои. Двое лодочников помогли Кошечке и Касанэ вскарабкаться по прогибавшейся сходне на скользкий берег. После взлетов и падений земля показалась Кошечке слишком прочной опорой, и она какое-то время шла враскорячку.
Пока лодочники привязывали свое суденышко, Кошечка и Касанэ стояли среди сложенных в пирамиды, похожих на ковши плетеных сидений, на которых речные носильщики переправляли людей через брод. Вокруг них валялись садки для рыбы, сетки для водорослей, выброшенные деревянные коробки из-под завтраков и обертки, рваные дождевые плащи и ломаные сандалии — мусор, оставленный торговлей и дорогой.
— Мы сгораем от стыда за неудобства, которые вам причинило путешествие на нашей жалкой лоханке, — извинился с поклоном владелец и капитан плоскодонки. На берегу этот человек оказался гораздо ниже ростом, чем представлялось беглянкам, когда он стоял у рулевого весла.
— Это мы создали вам неудобства, уговорив вас отплыть в такую погоду, и виноваты перед вами, — ответила Кошечка, положив в рукав капитана бумажный сверток со всеми оставшимися у нее деньгами. — Прошу вас, окажите нам честь, приняв этот скромный знак нашего уважения.
Хозяин лодки аккуратно опустил руку в рукав и взвесил сверток на ладони:
— Мне очень тяжело спорить с вами, но здесь слишком много денег. — Он согнулся в поклоне так низко, что Кошечка теперь видела только его спину, черный пучок волос и длинные мокрые пряди, выбившиеся из этого пучка и прилипшие к шее. — Мы берем только сто шестьдесят медных монет с человека.
— Но река так опасна…
— Пожалуйста, оставьте это…
Произнося последние слова и кланяясь, капитан отсчитал сумму, равную тремстам двадцати медным монетам, а остальное снова завернул в бумагу. Все это он проделал, не вынимая руку из рукава.
— Мы не можем обманывать вас, запрашивая больше, — лодочник вернул сверток Кошечке.
— Голова честного человека — место, где восседают божества. Владыка Безграничного света благословит вас, — с низким поклоном поблагодарили его Кошечка и Касанэ.
