Вот таким нехитрым способом Фалк и разжился лошадью в Форлане.
Сидящая сейчас рядом с одаренным Ермана была вдовой. Муж ее пока был жив, торговал всем подряд и понемножку, а как помер - дело перешло к ней и двум уже взрослым сыновьям Казиму и Сотуру. Впрочем, деловой хватки наследникам явно не хватало и дела у них шли год от года хуже. Отсутствие специализации в торговле было следствием того, что семья не была встроена в серьезные устоявшиеся потоки товара, шедшие в Форлан. Из-за этого рассчитывать на серьезную маржу при перепродаже товаров Ермане и сыновьям не приходилось. Географическая расположение небольшого городка, где они проживали, фактически делало выгодным лишь один маршрут для самостоятельной закупки товара - в Релин. Но здесь была одна проблема - дорога в это королевство считалась опасной из-за того, что западная граница Форлана патрулировалась плохо, и здесь хозяйничали племена "диких". Как бы дурно ни шли дела у семьи, но рисковать жизнью ради денег Ермана считала неправильным. Однако, несколько месяцев назад, стали приходить известия, что, то один караван, то второй беспроблемно прошли этот маршрут. Еще через месяц стало понятно, что дорога стала наиболее безопасна за последние несколько циклов и семья решила не упускать свой шанс.
Сыновья оставили своих жен с детьми и, наняв троих своих друзей в качестве охранников, отправились с матерью в Релин. Еще до того как их маленький обоз углубился в глухие западные леса Форлана им повстречался этот старик на измученной жизнью кобыле с выпирающими ребрами. Ермана решила, что нашла себе собеседника на долгую дорогу и предложила путнику место в их компании за символическую плату: наметанный глаз пожилой женщины определил, что старик не похож на человека с дурным прошлым и, несмотря на не слишком презентабельный вид, не является пилигримом-голодранцем, находясь рядом с которым можно получить худую болезнь, или еще какую неприятность.
- Скажи уже правду, не первый день едем: тебя в Релине ждет кто? - спросила Ермана.
- Я же тебе говорил, старая - мне в Релин не надо. Я завтра сойду.
Женщина слегка прищурилась, выдержала паузу и задумчиво произнесла:
- Думала я, что ты просто говорить не хочешь куда едешь, а оно вона как... Что и вправду с "дикими" якшаться решил?
- Тьфу на тебя - глупая ты женщина, чтобы я с голопузыми ловцами человеков дела общие имел?! Не бывать такому!
- А что тогда в лесу старику одному делать? Вот попадешься этим "голопузым", так лошадку твою несчастную, пощади ее судьбинушка, сожрут сразу, а тебя старого или прирежут или на потеху детям ихним отдадут.
- Что ты раскудахталась? "Сожрут", "прирежут" - передразнил ее Фалк - Я, еще очень даже ничего. Постоять за себя могу!
- Ну-ну, как увидят твою тощую кобылку и тебя на ней сурьезно восседающего, так сразу в страхе и разбегутся! - противненьким голосом заголосила Ермана - И правильно сделают - от умом тронутых, надо бежать подальше и не оглядываться!
Фалк уже понял, что хозяйка из тех женщин, за которыми всегда должно быть последнее слово, поэтому благоразумно замолчал.
Ехавший чуть впереди Казим бросил заинтересованный взгляд на странного попутчика: на его памяти мать никому из знакомых не разрешала так с собой разговаривать - или рассорилась бы вконец или выгнала бы. А вот этого бомжеватого старика глядишь ты: терпит. Чудно.
Ближе к вечеру путешественники встретили разъезд баронской стражи. Трое всадников спрыгнули с лошадей и сноровисто стали осматривать телеги торговцев, а четвертый безэмоциональным голосом скороговоркой задал видимо ставшие уже рутинными для патрульных вопросы:
- Дорогостоящие драгоценные камни или металлы везем? Есть ли гильдейские товары на продажу?
- Никак нет, господин патрульный - только товары повседневного спроса, пенька, сувениры из дерева редких пород, пробка, мочало особой выделки, сушеные ягоды и так по мелочи - тут же отрапортовал старший сын Ерманы.
- Ну-ну, посмотрим - со скепсисом протянул глава патруля и зевнул.
- Эй, Крабанта - смотри чего у них! - довольно улыбаясь, подал голос один из патрульных и выудил из центральной телеги пару небольших бутылей с какой-то жидкостью.
- Это цветочное масло, господин патрульный - живо отреагировал Казим - Не гильдейское производство! Поставщик сам его производит!
- Продажа цветочного масла требует патента - ответил Крабанта - Пятикратная пошлина при наличии соответствующих документов. Кстати где они?
- Не совсем так - не сдавался сын Ерманы - Под лицензию попадает масло определенных видов цветов, это же произведено из соцветий не включенных в список доступных только для гильдейской переработки...
- Захлопни рот, торговец - тихо произнес глава разъезда.