- Она с нами - с вызовом сказал один из них, нагнувшись к столу и обдав Рину стойким запахом изо рта.
- Кто они тебе? - спокойно спросила магесса девушку.
- Они пристали в лесу. Я грибы собирала. Потом бросилась на дорогу и прибежала сюда.
- Она обещала нам дать, забрала деньги и прибежала сюда - контраргументировал самый старый из четверки.
Рина допила вино из стакана и ровным голосом произнесла:
- Это легко проверить - по аурам магесса уже определила, что мужчины врут, но был еще шанс разойтись мирно.
- Встань и подойди ко мне - обратилась она к крестьянке.
Девушка послушно поднялась со скамьи и подошла. Рина демонстративно ощупала ее одежду.
- Ничего нет - скучным голосом сказала одаренная - А теперь, проваливайте!
- Проваливайте - уже тише произнесла Рина.
Мужчины заозирались. Если крестьянку можно выволочь отсюда за волосы на улицу, и никто тебе слова не скажет, то с наемницей такое не пройдет: она хоть и не из благородных, но, по негласному правилу, формально выше по статусу. За нее могут заступиться.
Убедившись, что в зале достаточно представителей мужского пола, неодобрительно посматривающих на наглецов, четверо мужчин решили ретироваться.
Самый старый нагнулся к Рине и тихо произнес:
- Ходи теперь, да оглядывайся, шлюшка с мечом.
Рина даже не посмотрела на него. Когда дверь за четверкой закрылась, магесса положила на стол серебряный.
- Сними комнату до завтра, и до обеда никуда не выходи - сказала она спасенной девушке.
Ночь Рина провела по славной традиции места принадлежащего Короне в глухой комнате без окон. Ночью она набросала записку следующего содержания:
"Все мертвы кроме меня. Видела только одного. Лица не было видно. Маг. Способен пробить щит архимага грубой силой. Возможно, очень быстро перемещается или умеет становиться невидимым. Ищите у возвышенности, что западнее замка барона Легаса на пятьдесят лагов. Спаслась чудом. Выхожу из игры. Меня не ищите. Рина.".
Записку она вручила поутру хозяину.
- Ты знаешь, кому ее передать - обратилась она к усатому.
Хозяин, приняв письменное сообщение, замялся, виновато кашлянул и тихо произнес:
- Госпожа, те четверо, наверняка будут Вас поджидать на дороге. Если желаете у меня пара крепких ребят на примете...
- Довольно - прервала его Рина - Ты же видел мою пластину. Как думаешь, сколько такого отребья я передавила за свою жизнь?
- Простите госпожа, просто Вы одна и я подумал... - окончательно стушевался хозяин.
По здравому размышлению Рине конечно не стоило вчера вмешиваться. С крестьянками такое происходило по Форлану везде и рядом. К тому же протоколы запрещали встревать во все не касающееся задания. Но протоколы больше над ней не давлели, а злость за убитых товарищей и страх перед магом требовали выхода наружу. Другое дело, что выпускать пар в трактире не следовало. Так что сегодня Рина очень рассчитывала на встречу с этими четырьмя недоумками.
Женщина посмотрела на растерянное лицо хозяина трактира и, чисто по-женски поддавшись жалости, произнесла:
- Наши будут потом Вас допрашивать. В этом нет ничего страшного. Протоколы потребуют этого, после того как будет прочитано мое письмо. Все будет хорошо.
С этими словами магесса покинула трактир.
Через два лага неспешной езды Рина увидела как на пустынную тропу из зарослей выехали четверо вчерашних знакомцев.
Все они весело улыбались, предвкушая удовольствие.
Рина остановила свою лошадь, внутренне ухмыльнулась, и не говоря не слова припустила в сторону от тропы. Четверо с улюлюканьем погнались за ней. Когда лошадь выбралась на относительно свободный участок, магесса спешилась и выхватила меч.
Увидев это, четверо остановили лошадей в тридцати локтях от жертвы, тоже спешились и начали медленно приближаться.
- Какая воинственная нам наемница сегодня попалась - противным женоподобным голосом заговорил один из тех, кто вчера предпочитал молчать - А не боишься, что меч отберем и засунем тебе туда, где мы сегодня все побываем и не по разу?
Бешенство захлестнуло магессу. Меч молнией сорвался с ее руки и отсек кисть говорившему. Все произошло так быстро, что остальные трое в этот момент еще не поняли, во что они вляпались. Когда потерявший часть конечности стал визжать от боли, заживший своей жизнью меч уже успел распороть пах второму бандиту.
Двое оставшихся бросились к лошадям, даже не пытаясь дать отпор дико вращающемуся куску сплава из стали и альбентума. Естественно попытка сбежать была обречена на провал: один лишился головы, так и не добежав до лошади, второй смог вскочить на своего скакуна, но не успел пришпорить коня, как меч вошел ему под левую лопатку, пробив сердце. Того кто, остался без кисти и теперь катался по земле, подвывая от боли, она прирезала своими руками.
Плохое настроение, мучавшее Рину последние дни, как будто отступило и она, довольно потянувшись, покинула место скоротечной бойни.
Ход.